Роксания запустила пальцы в мои волосы, заставив меня задрожать.

– Всегда мечтала сделать это, – прошептала она со сбившимся дыханием и посмотрела на меня помутневшими глазами. – Кудрявые парни – моя погибель.

Я провел языком по губе, и Роксания опустила на нее взгляд.

– Много кудрявых парней встречала?

– Одного.

И она снова притянула меня к себе. Не переставая зацеловывать ее губы, я улыбнулся и почувствовал ответную улыбку. Ничто, даже очередная катастрофа, не смогли бы остановить меня.

– Не думай, что ты просто так отвертишься от разговора, профессор Нуар, – прошептал я, спускаясь поцелуями по ее шее. От запаха роз закружилась голова. – Ты только отсрочишь его.

– Сейчас я хочу, чтобы ты целовал меня, а не разговаривал, – запыхавшись, пробормотала Роксания.

И я сорвался. Мои губы терзали ее, словно я был изголодавшимся животным, руки блуждали по телу, желая запомнить каждый крошечный дюйм. Одна ладонь опустилась и сжала упругую ягодицу сквозь тонкую ткань халата, а вторая откинула голову за струящиеся волосы. Роксания довольно улыбнулась, словно кошка. Внутри, где-то под ребрами, разгоралось жаркое пламя, которое вспыхивало каждый раз, когда я находился радом с ней.

Это слишком хорошо.

Но слишком хорошо стало в тот момент, когда она провела по моему затылку ногтями и сильно прикусила нижнюю губу. По телу пробежала горячая дрожь наслаждения, и у меня не вышло подавить стон.

Я переместил вторую ладонь на округлые бедра и с легкостью поднял ее на руки. Стройные ноги обвились вокруг моей талии, а со сладких губ слетел вздох, когда я прижался к ней возбужденным членом.

– Я… этого… не ожидала… – шептала она между поцелуями.

Я тоже этого не ожидал. Но она словно была катализатором моего безумия. Мне хотелось придушить ее, оставить на коже следы, зацеловать до боли в губах. Я не думал, что происходящее могло принести нам проблемы. Не думал, что она – мой профессор, а я – ее ученик.

Я вообще не думал.

Не прерывая поцелуй, что теперь буду вспоминать каждую ночь, я двинулся в сторону кожаного дивана. Роксания чувственно пососала мою нижнюю губу, затем скользнула по ней языком, заставив меня задрожать, как чертового мальчишку. Каждое ее движение было до безумия сексуальным и изящным. Мне не хотелось думать, сколько у нее было мужчин, когда я целовался всего единожды.

Когда я опустился на диван, Роксания отстранилась от меня и сняла очки. Ее волосы шторкой закрыли нас от остального мира. Она положила ладони на спинку по обе стороны от моей головы и прошептала мне в губы:

– Никто не должен знать о том, что происходит сейчас в этой спальне, Крэйтон. Никто. Даже твоя сестра.

– Я понимаю.

Ее губы растянулись в дьявольской улыбке.

– И как давно ты хотел поцеловать меня?

Мои ладони пробрались под халат и сильно сжали ее ягодицы. Роксания ахнула, придвинувшись ближе, ее клитор скользнул по мне сквозь ткань нижнего белья. Она выгнула спину, давая возможность провести носом по ее шее и вдохнуть сладкий аромат.

– Как только увидел тебя, Рокси.

– Как ты меня назвал?

Я замер и распахнул глаза.

– Прости, я не должен был…

Она заткнула меня грубым, восхитительным поцелуем, от которого закружилась голова. Сознание затуманилось: осталась только она, ее голос и руки, путешествующие по моему телу. Из меня вырвался очередной стон, когда Роксания погладила мой член сквозь ткань штанов и крепко сжала его.

– Ты сможешь быть тихим, мой хороший?

Блядь.

Я не ответил. Только кивнул.

Когда Роксания опустилась передо мной на колени, я остановил ее, перехватив за руку.

– Что… что ты делаешь?

– Хочу отсосать тебе, – промурлыкала она, игриво скрестив лодыжки. Да ну нахрен. – А что, ты против?

– Ты не обязана. И… – Я почувствовал стеснение. – Мне никогда…

Вот черт. Как сказать о том, что я был неопытным двадцатиоднолетним парнем, который никогда не занимался оральным сексом?

– Тебе никогда не делали минет?

Мои скулы сразу же вспыхнули огнем. Ладно, одно и то же. Я прикусил внутреннюю сторону щеки и медленно кивнул. Почему говорить об этом было так стыдно?

Роксания провела ладонями от моих колен к кромке джинсов, не отводя от меня наполненных похотью глаз, и попросила:

– Просто будь тише. Я знаю, каким тебя видят остальные, но я так же знаю, как сильно ты хочешь кончить, – она поцеловала внутреннюю сторону моего бедра, – мне на лицо.

Твою мать.

Она стянула джинсы до щиколоток, освободив налитый кровью член. Я с замиранием сердца наблюдал за тем, как Роксания облизывает губы, будто предвкушает, как он окажется у нее во рту.

– Не уверена, что смогу взять его полностью, но мы над этим поработаем.

Она умела поднимать самооцен…