– Думаю, это не проблема. – Роксания отпустила мою руку, но перед этим слегла провела большим пальцем по запястью. Или мне показалось. – Не стой на пороге. В этом доме три террариума, так что не кричи, иначе разбудишь Каллисто.

Я должен был уйти, но смог лишь ответить:

– Принято к сведению.

Я вошел внутрь и осмотрелся. Как и говорил Джакс, профессора жили в гребаных апартаментах размером с три наши старые квартиры в Рейкьявике.

Стильно обставленная гостиная с кожаным диваном и металлическими сетками на стенах, к которым крепилось оружие, напоминали ее кабинет. На столике были разбросаны журналы и учебники, рядом стояла пепельница, но я ни разу не видел, чтобы Роксания курила.

Скрывшись в кухне, она вернулась спустя пару минут с двумя кружками дымящегося кофе. Я засмотрелся на ее фигуру, прикрытую одним-единственным бордовым клочком, едва прячущим ягодицы. Роксания всё еще сонно хлопала ресницами, будто долго не могла проснуться.

– Я ненавижу чай, поэтому сделала кофе. Надеюсь, ты не против.

– Ненавижу чай.

Роксания освободила кусочек стола и поставила кружки. Выпрямившись, она попала под лунный свет – и я застыл, словно каменное изваяние.

– Что это?

Мой голос напоминал скрип наждачной бумаги. Посмотрев мне в глаза, Роксания недоуменно подняла над оправой очков брови.

– О чем ты?

Я придвинулся ближе и коснулся кончиками пальцев ее шеи.

– Это.

На светлой коже проступил синяк. Кровь в венах превратилась в жидкий огонь, и я впервые почувствовал такую неистовую, черт возьми, злость. Мне захотелось найти того, кто сделал с ней это, и заставить его заплатить всеми известными мне способами. Мучительными. Беспощадными.

«И лучше никому не знать, Рокс, что мистер Алькастер делает с тобой».

Неужели об этом говорил Джулиан?

– Что это? – тверже повторил я.

В карих глазах с золотыми крапинками отразилось недоумение, а затем… страх. На короткую секунду я заметил, как она понимает и осознает свою ошибку. Вероятно, Роксания настолько не ожидала меня здесь увидеть, что просто забыла скрыть побои.

– Упала во время тренировки, – быстро нашлась она, но глаза забегали по комнате. – Раз в пару дней я езжу в Рейкьявик, чтобы позаниматься. Немного промахнулась и ударилась об…

– Не лги мне, – прошептал я на несколько тонов ниже.

Я сам не заметил, как перешел на «ты», но сейчас мне было плевать. Один взгляд на ее лиловую кожу выбил из меня весь воздух. Видя Ксивер или Рейвен ранеными, я хотел рвать и метать, но сейчас…

Сейчас я был готов разрушить весь чертов мир.

Я осторожно погладил шею Роксании и попросил чуть мягче:

– Скажи мне.

Она хотела отодвинуться, но я переместил ладонь на заднюю сторону ее шеи и не дал сделать этого. Усмехнувшись, Роксания закатила глаза, но я видел, что это – защитная реакция.

– Просто последствия тренировки, Крэйтон. Ничего более.

Я положил вторую руку на ее щеку и заставил посмотреть мне в глаза.

– Это он?

Ответа не последовало. Губы Роксании едва заметно задрожали, словно она… сдерживала слезы. Черт возьми! Я не мог смотреть, как она страдает. Не мог смотреть, как она разбивается в моих руках осколок за осколком.

– Я могу помочь. Пожалуйста, ответь мне…

А затем она сделала то, о чем я мечтал последние месяцы.

Поцеловала меня.

Врезавшись в мое тело, Роксания накрыла мои губы своими. Весь мир сошелся на этом мгновении, о котором я грезил даже во снах, но сейчас, когда оно стало реальностью, я лишь задрожал и издал мучительный стон. Ее язык скользнул по моей нижней губе, а внутри меня поднялась такая горячая волна голода, возбуждения и нежности, какой я не испытывал никогда в жизни.

Я всё еще удерживал ее за шею, поэтому чувствовал точку пульса. Сердце Роксании бешено колотилось. А мое, как только она лизнула мою верхнюю губу, просто остановилось.

Она отстранилась слишком быстро, не дав мне насладиться ее вкусом. Распахнутые глаза заглянули в мои, губы порозовели, а грудь поднималась и опадала от частого дыхания.

– Я… Прости… Не знаю, что на меня нашло, просто ты…

Я притянул Роксанию за талию и впился в ее губы жадным поцелуем.

Даже во снах я и представить не мог, что она окажется настолько вкусной, настолько горячей, настолько, черт возьми, идеальной. Мои губы лихорадочно прихватывали ее губы, пока Роксания стонала в мой рот, заставляя меня твердеть от жажды поглотить ее. Мне было мало. Всегда мало. Ее взглядов, ее голоса, ее мимолетных прикосновений. Никогда за двадцать лет я не хотел обладать женщиной так, как в это мгновение.

Наши языки впервые соприкоснулись, вырвав из обоих нуждающийся стон. Я не успевал дышать, потому что боялся упустить мгновение. Она могла оттолкнуть меня в любую секунду, а мне нужно было запомнить, как она ощущается в моих руках.

Правильно.

До ужаса прекрасно.