Моя хватка на зажигалке дрогнула, когда до моих ушей донеслось тихое урчание мотора. Я подошла к окну и увидела, как Нико вышел из машины и направился в гараж. Лука болтался там с тех пор, как мы вернулись почти час назад.

Войдя внутрь, я обнаружила в мусорном ведре свою смятую записку. Чертова Изабелла, верно. Я ни к чему не стремилась, но и не ушла, никому не сказав, как, должно быть, полагал Нико.

С каждой минутой ожидания стыд становился все тяжелее на моих плечах. Я была расстроена, и решение уйти было опрометчивым, а не моим.

Лука вышел из гаража и потер подбородок, прежде чем сесть в машину. Я стояла, ожидая появления Нико, но он не появлялся. Я провела последний час, задаваясь вопросом, как он отреагирует, что я собираюсь сказать ему, и теперь, когда он здесь, беспокойство внутри меня требовало, чтобы я покончила с этим.

Я спустилась по лестнице и вышла через заднюю дверь. Цемент обжигал мои босые ноги, стоя перед гаражом. Руки Нико лежали на рабочем столе, рядом стоял стакан виски. Его плечи напряглись, поняв, что я здесь.

Его взгляд остановился на мне. Он был темным, теплым, с каждой эмоцией между ними. Дрожь пробежала по моей спине, и прежде чем я поняла, что делаю, я подошла к нему. Я не ожидала, что грубая ладонь обхватит мое лицо и коснется щеки. Мое сердце пылало, как пламя Зиппо.

Он издал тихий звук удовлетворения, когда я прижалась лицом к его груди. Его рука скользнула с моей щеки на затылок, пальцы запутались в моих волосах.

От него так хорошо пахло. Мне было так хорошо. Как комфорт, безопасность и потребность, все в одном. У этого было название, но я не знала, какое.

— Прости, — выдохнула я. — Я не хотела, чтобы все это произошло.

Он выдохнул что-то среднее между недоверием и весельем, и мне показалось, что он пробормотал:

— Так, это Сладкая Абелли.

Он сделал то, что не должен был делать ни один другой человек, и выставил свою любовницу напоказ перед невестой, и так или иначе, я закончила тем, что извинилась за результат.

Бабушка и мама были правы.

Этот мужчина съест меня живьем.

Но он был таким теплым, чувствовался так хорошо, что было трудно даже думать об этом.

Его кулак сжался в моих волосах, наклоняя мое лицо к своему. Его взгляд стал жестким.

— Где твой мобильник?

Я вдруг поняла, что не взяла его с собой, когда уходила. Я у меня не было его слишком долго, что уже трудно было вспомнить.

— Я забыла его.

— Удобно.

Я сглотнула.

— Я написала записку.

— Так я и слышал. — его взгляд упал на мою руку. — Где ты это нашла?

Я взглянула на зажигалку, понимая, что принесла ее с собой.

— На полу, после того как ты подрался с моим братом.

— Ты сохранила ее.

— Да.

— Почему?

Я колебалась, ложь сформировалась на моем языке, прежде чем я проглотила ее. Я чувствовала себя достаточно плохо из-за сегодняшнего дня, чтобы не быть неправдивой.

— Она была твоей, — выдохнула я.

Стало так тихо, что я слышала биение своего сердца.

Бу-бум.

Бу-бум.

— Ты прощена, — прохрипел он.

Тяжелое давление соскользнуло с моих плеч.

Его тон был резким.

— Ты больше не выйдешь из этого дома, не поговорив со мной, поняла?

Я молча кивнула.

— Скажи это.

Я заставила себя встретиться с ним взглядом.

— Я не выйду из дома, не поговорив с тобой. — мои легкие сжались, потому что это не было обещанием, которое я могла сдержать.

Пока нет.

— Если ты захочешь увидеться со своей семьей, я отвезу тебя.

Я прикусила нижнюю губу.

— Мой отец может застрелить тебя.

— Возможно.

Он казался равнодушным.

Что-то сжалось у меня в груди при этой мысли. Я почувствовала себя опустошенной.

Он прижал меня спиной к верстаку, уперся руками по обе стороны от меня, а потом наклонился и поцеловал в шею. Я вздохнула и наклонила голову. Я не ожидала, что пойдет все так, но можно сказать, что я никогда не была настолько хороша в угадывании того, что сделает Нико.

— Могу я кое о чем попросить?

— Стреляй, — протянул он, уткнувшись мне в шею.

Я сказала это прежде, чем смогла остановиться.

— Я хочу, чтобы Изабеллы не было.

Его губы прошлись по моему уху, и прошло несколько секунд, пока я задержала дыхание.

— Сделано.

У меня защемило сердце.

Его рука пробежала вверх по моему бедру и вокруг моей задницы, притягивая мое тело к своему. Он поцеловал линию на моем горле.

— Могу я попросить еще об одной вещи? — выдохнула я.

Я почувствовала улыбку на своей шее.

— Ты сегодня ужасна в просьбах.

Я сглотнула.

— Никаких девушек… только не здесь, хорошо?

Он на мгновение замер, и я с замиранием сердца подумала, не зашла ли я слишком далеко. Если он скажет нет.

— Это то, чего ты хочешь?