Я пошла на приглушенные звуки, стараясь не производить много шума. Я подкралась к краю утеса, и кристалл засветился ярче. Холодный пот покрыл мою кожу.

Белое было всем, что я могла видеть.

Белое из неприкасаемых.

Множество палаток украшало долину, в то время как сотни мужчин в белом заняли территорию. У меня не было слишком много времени, чтобы рассмотреть все это, потому что одетая в белое рука обхватила меня за талию.

Адреналин тек по моим венам, и я извивалась и боролась изо всех сил с мужчиной, удерживающим меня в футе от земли. Я откинула голову назад и ударилась обо что-то твердое. Рука ослабла, и я отвела кулак назад и ударила мужчину прямо в пах.

Меня уронили на землю, но прежде чем я смогла подняться, чтобы убежать, был момент боли, а затем все потемнело.

* * *

Я проснулась от вкуса металла и ощущения, что по моей голове проехалось стадо рыжих лесных существ. Когда до меня дошло, что произошло, я села и огляделась. Я сидела на красном коврике перед сундуком. Белые матерчатые стены, которые окружали меня, развевались на ветру, и это свидетельствовало о том, что я нахожусь в палатке. В углу стояла большая кровать, а с другой стороны — деревянный письменный стол с двумя стульями перед ним.

Это было совсем не хорошо. Нет, это было очень плохо. Я была в палатке, принадлежащей Неприкасаемым, и мое сердцебиение участилось от страха перед моим неминуемым изнасилованием и смертью.

Я схватилась за раскалывающуюся голову, когда вскочила на ноги и открыла сундук. Мои глаза загорелись, когда я увидела ассортимент оружия. Я услышала низкие голоса и засунула нож сзади в штаны. Я неуверенно стояла на красном ковре посреди палатки, когда вошли несколько мужчин. Двое из них были одеты в полный ансамбль Неприкасаемых, в то время как третий был одет в белую рубашку без рукавов. Он держался властно, и я сразу поняла, что он здесь главный.

Он оглядел меня с ног до головы, и это заставило меня почувствовать себя какой-то военной добычей. Это заставило меня ощетиниться, и я внимательно посмотрела на него таким же образом. Вместо того, чтобы стать более послушной после общения с Уэстоном, я стала храбрее, чем когда-либо должна была быть. Мне пришлось напомнить себе, что только потому, что Уэстон не подвергал меня физическому насилию, это не означало, что этот мужчина не стал бы этого делать.

В его темных глазах светилось некоторое веселье, но я проигнорировала нервозность, которую вызывал у меня его взгляд, когда оглядела его с головы до ног, от коротких черных волос до красивого лица с квадратной челюстью и мускулистого телосложения.

— Уходите, — сказал он мужчинам, все еще глядя на меня.

Двое других Неприкасаемых покинули палатку. Мужчина сделал шаг ко мне, и я отступила на шаг. Его глаза сверкнули, когда он сказал:

— Что делает женщина, путешествующая одна? Я слышал, что в этих краях есть плохие мужчины.

Я должна была сыграть милую потерянную девушку, должна была выложиться по-настоящему. Я знала, что от меня, вероятно, пахнет, когда я ношу всю эту грязную одежду, но я также знала, что я привлекательная женщина даже под всей этой одеждой.

Которая, вероятно, и втягивала меня в большинство этих передряг по дороге сюда. Честно говоря, меня это немного возмущало. Я не хотела этого, если это могло загнать меня в гроб. На тот момент я уже была в одном из них и грязь еще не была навалена сверху.

Возможно, я смогла бы придумать план, если бы у меня было желание показать свою милую сторону Неприкасаемому. Но я бы предпочела навалять грязи на себя, чем на это. И, честно говоря, эти мысли пришли ко мне позже. Главной причиной было то, что иногда я не думала, прежде чем заговорить.

Хорошо, всегда.

Мое тело напряглось от раздражения из-за того, что я оказалась в объятиях другого мужчины, так что любые рациональные мысли вылетели за пределы палатки.

— Не твое дело, — холодно сказала я.

— Я полагаю, ты собираешься изнасиловать меня? Давай покончим с этим, хорошо?

И я ударю тебя ножом, прежде чем ты успеешь моргнуть, — подумала я.

Его смех заполнил палатку.

— Почему ты думаешь, что я собираюсь изнасиловать тебя?

Он шутил? У меня вырвался смешок.

— Потому что меня чуть не изнасиловали..

Я сосчитала в уме.

— Одиннадцать ваших мужчин.

Он сделал шаг ко мне. Я отступила на шаг. Его рубашка без рукавов оставляла обнаженной слишком большую часть его загорелой кожи, и я внутренне съежилась. Он наблюдал за мной с интересом.

— Не мои мужчины. Мы не насилуем женщин.

Я нахмурилась от его вопиющей лжи.

— Я могу заверить тебя, мне ничего не мерещилось. Я все еще чувствую синяк на затылке.