Примерно через десять минут, после того как двое охранников решили не сдавать меня полиции, мы каким-то образом разговорились. Ну, я думала, что я говорила по большей части, в то время как они рассеянно слушали; на самом деле они, вероятно, просто обсуждали между собой, стоило ли передумать и арестовать меня.

— …И тогда Уэстон убил его — как обычно. У него серьезная склонность к ревности. Теперь, когда я знаю, что он действительно безумен — или собирается сойти с ума, — все это приобретает гораздо больше смысла. Но, конечно, вы можете видеть, насколько запутанным это было в то время.

В какой-то момент, когда я закончила эту историю, оба королевских стражника выпрямились, как будто их дернули за веревочку для марионеток.

— Серьезный приступ ревности, да?

Я вздохнула. Я действительно выпила слишком много, если даже не почувствовала, как Уэстон подкрался ко мне. Я вылила свой напиток в растение в горшке, отказавшись от мысли поспать сегодня вечером. В любом случае, напиваться в его присутствии было не лучшей идеей.

— Если туфля подойдет… — пробормотала я, тоже опуская чашку в растение.

Выражения лиц стражников не могли скрыть их ужаса от моей дерзости по отношению к принцу, о котором они минуту назад думали, что я шутила.

— Я на секунду отвожу взгляд только для того, чтобы обнаружить, что ты в пьяном виде выбалтываешь все секреты моей семьи.

Туко сглотнул, его кадык задвигался, как будто он собирался потерять голову от того, что я ему сказала. Он даже не знал, что Уэстон был тем Уэстоном, но теперь узнал.

— Я ничего не скрываю от Грегори и Даррена, — серьезно сказала я.

Они оба бросили на меня тревожные взгляды, умоляя заткнуться.

— Он гораздо больше лает, чем кусается, — сказала я им, но затем моргнула и нерешительно добавила: — Ну… кроме того единственного раза.

— Так это твоя мать?

Моя голова повернулась к Уэстону, неуверенность смешалась с вином в моем желудке.

— Похожа на тебя, — небрежно прокомментировал он, но мне не понравился его тон. Его глаза посуровели. — Продолжай делиться секретами, которые тебе не принадлежат, и я пойду узнаю некоторые из твоих собственных.

— У меня нет никаких секретов, — выпалила я.

Когда он приподнял бровь, словно принимая вызов, я схватила его за запястье, чтобы удержать от поисков моей матери. Я не знала, достаточно ли она сильна, чтобы выбросить его из головы или нет, но я не хотела рисковать, чтобы он выискивал во мне то, с чем я пока не хотела сталкиваться.

— Давай просто сохраним все наши секреты при себе, — сказала я так, словно сама придумала эту идею.

— Хорошая идея, — криво усмехнулся он.

Он попытался вырваться и уйти неизвестно куда, но я крепко держала его за запястье. Он опустил взгляд на мою руку, затем встретился со мной взглядом с веселым выражением лица. Фу, ну почему он должен был быть таким красивым, что у меня от одного взгляда затрепетал живот?

Я прикусила губу, чтобы сдержать улыбку, но это было чертовски сложно.

— Знаешь, я простила тебя за попытку изгнать меня из города. Мы просто должны научиться лучше сосуществовать, тебе так не кажется?

— Я думаю, мы слишком хорошо сосуществуем. В этом-то и проблема.

Мои брови нахмурились, вспомнив, что он сказал Генри: что надеялся, что он был здесь не для ‘удовольствия’. Внезапно мне захотелось выяснить причину, по которой он был здесь.

— Не хочешь сыграть со мной в Пять камней?

Он смотрел на меня всего мгновение.

— Ты серьезно.

Это прозвучало как вопрос, но не так.

— Вполне.

— Пять камней… Ты же знаешь, что у тебя нет шансов выиграть, верно?

— Я действительно ожидаю, что ты будешь вести себя по-джентльменски, — чопорно ответила я.

Королевские стражники хранили гробовое молчание. Полная неопределенность, которую я привнесла в их жизнь, была забавным дополнением к моей сложной жизни.

Уэстон подозрительно приподнял бровь.

— Почему у меня такое чувство, что вести себя по-джентльменски означает позволить тебе победить?

— Потому что это отчасти и то, что это значит, — серьезно сказала я, беря его под руку.

От прикосновения я почувствовала кайф от Полуночного масла, и простое сравнение его загорелой кожи и клейма с моей собственной незапятнанной рукой опьяняло, как будто я сделала еще одну затяжку дыма, наполнив голову сладким, легким воздухом.

— Я как раз знаю место, где можно поиграть, — сказала я, направляя его сквозь толпу. — Если, конечно, у тебя нет предыдущих встреч? — я многозначительно взглянул на него. — Например, ухаживать за принцессой в одежде, может быть?

Его брови в замешательстве опустились, в то время как мое сердце слишком сильно забилось в груди.

— Сколько ты выпила? — спросил он.

— Достаточно, — пробормотала я.

Как по команде, мы прошли мимо его людей, всего в футе от Арчера. Я мимолетно улыбнулась ему.

— Как я выгляжу? Сногсшибательная, как солнце?