Я откусила большой кусок. Затем еще один. И только, когда я съела весь тост, поднялась на ноги, положила салфетку рядом со своей тарелкой и вышла из-за обеденного стола, проходя мимо Малика, который стоял, словно застывший, наблюдая за мной на протяжении всего времени с приподнятой бровью.

— Что могу сказать, пищевая прихоть, — я пожала плечами, проходя мимо. Придурок.

***

Когда я прошла в комнату после того, как приняла душ, то обнаружила Данте, сидящим на моей кровати и ожидающим меня. Мои пальцы усилили свою хватку, отчаянно удерживая верх полотенца, которое было обернуто вокруг тела. Его глаза опустились к тому месту, где я крепко вцепилась в полотенце пальцами.

— Отпусти его.

Я отчаянно боролась с дрожью в моих ногах и принудила себя разжать пальцы, сосредотачивая свой взгляд на стене, смотря поверх его головы, когда полотенце упало на пол. Его взгляд неторопливо скользил по мне, в его глазах пылало пламя, когда он поглощал каждый изгиб моего тела.

— Говорят, что Медуза Горгона (прим. пер. — существо из греческих мифов, наиболее известная из трех сестёр горгон, чудовище с женским лицом и змеями вместо волос. Её взгляд обращал человека в камень. Была убита Персеем. Упомянута в «Одиссее») использовала свою красоту, чтобы пленить мужчин.

Я хотела расплакаться. Но я не могла позволить, чтобы он увидел мою боль.

Он медленно поднялся с кровати и неспешно направился ко мне, мое тело все больше напрягалось с каждым его шагом в мою сторону. Он расположил палец под моим подбородком, принуждая меня тем самым посмотреть ему в лицо.

— Она была самым прекрасным существом, которому не могли противиться мужчины. Она соблазняла их. — Он приблизился ко мне, проводя носом по чувствительному местечку под ухом. — И затем, когда они были очарованы ею. — Его пальцы сжались вокруг моего горла, а дыхание стало грубым, он процедил. — Тогда она превращала их в камень. — Он криво улыбнулся. — Ты сделала то же самое со мной. Но вместо того, чтобы обратить в камень меня, ты превратила в камень мое сердце. Так что это именно твоя красота сделала меня таким.

Я резко втянула воздух, когда его ладонь накрыла мою киску, а его палец прижался к клитору, заставляя меня пылать для него. Я ненавидела то, как мое тело отвечало на его ласки. Талант Данте доставить женщине удовольствие возбуждал меня снова и снова, несмотря на противостояние моего разума.

— Ляг на кровать. — Произнес он едва слышно мне на ухо, его голос был тихим, соблазняющим, посылая возбуждение прямиком к моей киске. Я хотела воспротивиться ему, отгородиться от него и больше никогда не подпускать к себе, но я уже была запятнана им. Он, может, и мог контролировать мое тело, но разум подчинялся только мне. Он недооценивал меня.

Он проигнорировал мой умоляющий взгляд и отошел в сторону, кивком указывая в направлении кровати. Я мысленно отгородилась от него и сделала в точности так, как он сказал. Я устала. Устала от него, устала от борьбы, устала жить этой ложью, но скоро этому придет конец.

— Разведи ноги.

Я вновь последовала его приказу, полностью закрывая разум от него, не позволяя ему, тем самым, проникать в него.

— Посмотри на меня, Стар.

Я подняла взгляд, глядя в его лицо, затем опустила глаза, наблюдая за тем, как он стиснул в кулаке свою эрекцию. Его член был огромным, толстым и длинным, головка поблескивала капельками возбуждения.

— Видишь, каким твердым ты делаешь меня, как сильна моя нужда в тебе?

Я перевела взгляд на него. Неистовая страсть, что бушевала в его взгляде, давала мне понять, что понимание полного обладания мной подпитывало его жажду, и теперь, когда он полностью владел мной, именно это чувство заставляло его тело так реагировать.

Склоняя голову к плечу, он скользнул взглядом по моему обнаженному телу, его веки были тяжелыми от желания, крошечный вздох сорвался с его губ, когда он достиг сладкого местечка между ног. Наклоняясь вперед, он скользнул рукой в развилку моих ног и накрыл ладонью киску, его указательный палец поддразнивал мое лоно, проскальзывая и выскальзывая из него.

— Видишь? — Он усмехнулся. — Кто бы ни владел тобой, по твоему мнению, это тело и я знаем правду о том, кому на самом деле ты принадлежишь.

Я дернулась от его слов, отворачиваясь, когда он толкнулся указательным пальцем внутрь меня, в то время как большим пальцем продолжал дразнить клитор, посылая сокрушительные волны удовольствия и похоти по моему телу.

Это Кейд.

Это Кейд.

Это Кейд.

Я повторяла, словно мантру, вновь и вновь. Я ненавидела, что он мог делать со мной такие вещи. Заставляя меня сражаться со своими демонами, чтобы подпитывать его. Все это было игрой, каждая долбанная секунда его власти, что он демонстрировал надо мной.