Когда Демон понимает, что Ричард до сих пор жив, он вытаскивает из-под куртки пистолет, а в следующую секунду стреляет ему в лицо. Я мысленно захожусь в крике. Просто не могу вынести столько жестокости. Мужская рука прикрывает мне глаза, но уже слишком поздно: я все видела и очень, очень сильно об этом жалею.

В смятении я отрываю ладонь Кэма от лица, потому что просто не могу поверить в случившееся. Всего несколько минут назад я стояла с Зейном в его комнате, обнимала его и думала, что ему нужно утешение, а он оказался чудовищем. И сейчас он и его отец, мертвые, лежат в огромных лужах крови.

Демон подходит ко мне и со словами «теперь ты в безопасности»  протягивает покрытую кровью руку к моему лицу.

Испуганно мотая головой, я отступаю от него, хотя далеко уйти не успеваю, так как Кэмерон все еще стоит у меня за спиной.

– Ты убил их обоих, –  в шоке выдавливаю из себя я.

– Они должны были умереть. Другого выхода не было.

– Не было? –  с ужасом повторяю я его слова. –  Конечно был. Их могли арестовать и отдать под суд, а ты собственноручно их казнил!

Он медленно опускает ладонь после того, как я отпрянула от него, и приподнимает правый уголок рта. У меня руки чешутся сорвать капюшон с его головы, чтобы хоть раз –  хотя бы один раз! –  увидеть его лицо целиком.

– И что потом? Через пять или, скажем, даже пятнадцать лет они выйдут из тюрьмы, чтобы снова насиловать детей? Чтобы вредить другим людям? Нет, эти больные твари утратили право на жизнь с того самого момента, как прикоснулись к первому невинному ребенку. Когда оставили людей умирать в стенах этого особняка. По-твоему, люди, совершившие такое, должны жить дальше?

Неожиданно он сует мне под нос свой телефон, на котором я различаю фотографию детей посреди темного помещения с каменными стенами. В камеру смотрят бледные грязные лица, в глазах которых столько пустоты и страха.

В одно мгновение с моих глаз спадает пелена –  я узнаю лицо одной маленькой девочки. Это тот самый ребенок, которого я видела в саду в день приезда. Она мне не померещилась. Бедная малышка, должно быть, сбежала, но не сумела выбраться из огороженного сада.

Он смахивает картинку вправо, и открывается следующий кадр со сгорбленной фигуркой в углу.

– Эти подонки должны получать второй шанс? Эти свиньи должны жить дальше и разрушать все новые и новые жизни? Скажи мне, если я ошибаюсь, но я всегда чувствовал в тебе стремление к справедливости. Так чего же еще заслуживают эти люди, кроме смерти? Полноценной жизни?!

– Я этого не говорила. Но… –  Я забираю у него смартфон, чтобы внимательнее рассмотреть фотографию.

Дольше всего мой взгляд задерживается на темноволосой фигуре в углу помещения, и меня охватывает мрачное предчувствие.

– Кто это?

– Дочь Монейров, –  сообщает мне Демон.

Нет. Нет, пожалуйста, только не это.

Но это действительно она.

– Миссис Уорнер тоже в этом замешана. Как и вся семья.

Когда я обратила внимание миссис Уорнер на то, что в саду был ребенок, она наверняка сразу сообразила, что кто-то из детей пропал. Проклятье!

Я перехожу к следующей фотографии, но на ней уже нет ни похищенных детей, ни мертвой девушки, зато есть я. Это мои фото, все без исключения: вот я переодеваюсь возле кровати, вот читаю дневник Раньи, готовлю сэндвич на кухне, прыгаю на батуте с Хейли…

Демон тут же забирает у меня мобильный.

– Пора уходить, –  объявляет он. –  Забери дневник, Кэм. С остальным разберется полиция.

Когда руки Кэмерона на моих плечах слегка разжимаются, а Демон нежно гладит меня по щеке, опускаясь к пострадавшему горлу, я отстраняюсь.

– Нет, –  твердо отвечаю я.

– Нет? –  спрашивает он. –  Что нет?

– Нет, я не пойду с вами.

– Ну, к сожалению, я не оставляю тебе выбора, моя роза.

– Ты меня не заставишь, Демон. Когда я говорю «нет», я имею в виду «нет». Сегодня ночью я…

Он в ожидании наклоняет голову.

– Останешься здесь? –  Ненавижу, когда он подкалывает меня. –  Около часа назад ты написала мне сообщение с просьбой забрать тебя.

– Да… нет. Я передумала и найду себе отель, где можно остановиться на ночь.

– Все отели полностью заняты, –  говорит мне Демон.

– Врешь.

– Ты что, забыла? Я все знаю. И я не спорю. Ты поедешь со мной.

И прежде чем я успеваю выдвинуть еще какие-либо возражения, он поднимает меня на руки. Возмущенная и рассерженная, я брыкаюсь в его объятиях, бью его в грудь и пытаюсь выскользнуть из его рук. Однако Демон лишь смеется надо мной.

– Ты опять так жестока, моя королева.

– Это ты жестокий! Гребаное чудовище!

– Я никогда не отрицал, что такой и есть. Не зря же ты называешь меня Демоном.

Я продолжаю бороться с ним, пока мне не удается высвободиться из его хватки, и в итоге Уайлдер дергает меня к себе за руку.

– Не так быстро.

– Отпусти!

Кэмерон следует за нами, скрестив руки на груди.

– Вы что, заводитесь, когда меряетесь силой, или зачем обязательно цапаться каждый раз, если у вас не сходятся мнения?