— Есть одежда, которая, возможно, покажется тебе более удобной, чем твой костюм. Встретимся в кабинете, когда ты закончишь свои утренние дела.

Услышав его слова, я снова перевожу взгляд на Сола, только чтобы увидеть рельефные мышцы спины и рисунок темной тушью, обтягивающий тонкую рубашку.

— Подожди! Откуда у тебя моя одежда?

Он разворачивается и снова слегка улыбается под своей маской-черепом, прежде чем пятясь выйти из комнаты.

— У Призрака свои способы.

С этими словами он уходит и закрывает за собой дверь. Я смотрю на свой наряд, когда, наконец, понимаю, что на мне все еще красно-золотистый костюм Маргариты с репетиции. Репетиция, на которой он наблюдал за мной.

Как долго он наблюдает? И какого черта это вызывает странный трепет удовольствия у меня по спине, когда я должна была бы царапать каменные стены, чтобы сбежать?

Из-за двери негромко играет фортепианная музыка, словно эхо из воспоминаний, побуждая меня вскочить и переодеться. Хотя события прошлой ночи беспорядочно перемешались в моей голове, я благодарна, что, что бы ни случилось, ему не пришлось самому переодевать меня, или отправлять меня в психиатрическое отделение, хотя и то, и другое могло быть необходимо, учитывая туман, застилавший мой мозг прямо сейчас.

Я надела черный бюстгальтер и стринги. Мои щеки краснеют при мысли о том, что Сол прикасается к моим непристойным вещам, но я больше благодарна за то, что меня сейчас не пичкают нейролептиками насильно, чем за свое нижнее белье. Я надеваю простую розовую футболку с круглым вырезом, темные джинсы и черные пушистые носки, слава Богу, не рваные.

Переодевшись, я направляюсь в ванную, которой ранее пользовался Сол, чтобы выпить стакан воды и опорожнить переполненный мочевой пузырь. При беглом осмотре все мои средства для утренней и ночной рутины идеально разложены на одной стороне черной мраморной столешницы двойного туалетного столика.

Все из них.

Я использую режим как способ держать под контролем собственное здравомыслие. Отличный сон, рутина, называемая терапией социального ритма, и лекарства были моим коктейлем, помогающим мне оставаться в здравом уме с тех пор, как мне поставили диагноз.

Откуда он узнал?

Честно говоря, я не уверена, что хочу знать ответ на этот вопрос. Пока нет. Я все еще медленно пытаюсь осознать тот факт, что мой приступ панического безумия прошлой ночью, когда я приняла те таблетки, не убил меня. У меня во рту такой привкус, словно внутри что-то умерло, а в горле адски горит из-за того, что меня заставили избавиться от наркотиков.

Не желая пока думать о серьезности своих действий, я качаю головой, освобождаясь от этой правды. Вместо этого я открываю все еще упакованную зубную щетку, чтобы начать свою утреннюю рутину, притворяясь, что не отсиживаюсь в подвале богатого парня, который находится Бог знает где. Я не знаю, как мне следует реагировать на тот факт, что почти незнакомый человек украл меня из моей комнаты, спас от помещения в психушку и, вероятно, сохранил мне жизнь. Я сомневаюсь, что облегчение и благодарность должны пересиливать мой страх.

Это причина, по которой я не напугана до смерти прямо сейчас, потому что мой разум прошел через ад и вернулся обратно за последние сорок восемь часов? Или это потому, что Сол - горячий демон в маске, в некотором роде привлекательный?

Нет, он был моей собственной музой в течение нескольких месяцев. Я не могу его бояться. Он заботится обо мне.

Что еще более жутко!

Ладно... Так что, возможно, фактор горячего Сола имеет к этому какое-то отношение.

Я соглашаюсь со своим внутренним монологом до тех пор, пока не потеряюсь в своей рутине и не отключусь от нее. Музыка за дверью ванной сменила темп на что-то похожее на «Лунную ночь» Клода Дебюсси, но с живым джазовым ритмом. Заинтригованная, я быстро выполняю последние действия и принимаю утреннее лекарство, чтобы пойти послушать.

Закончив, я беру пакет с беньетами с прикроватного столика и делаю то, что делала всегда. Следую за музыкой.

Она ведет меня через дверь спальни в коридор, где каждая нота танцует и отражается от каменных стен. Отсутствие окон везде, куда я иду, серьезно заставляет меня задуматься, где мы находимся. Прошлой ночью я помню, как меня несли вниз, а не увозили из города. Но, несмотря на то, что Новый Орлеан, как известно, находится ниже уровня моря, я здесь, в том, что кажется подземным домом-замком с электричеством и водопроводом. Я прохожу мимо современной кухни, полностью оборудованного персонального тренажерного зала и еще более потрясающих фотографий со всего мира.

Если Сол сделал их сам, его талант не ограничивается музыкой. Каждая фотография затягивает меня и заставляет почувствовать, что я действительно там.