Мы продолжаем смотреть кадр за кадром, и мужчина еще несколько раз появляется на заднем плане. Большую часть времени он находился рядом с Мартином. Но в одном случае, когда мы были в гостиной, этот мужчина присутствовал, наблюдая за нами.

— Черт! — ругается Бьянка и поджимает губы. — Влад, что бы ты ни знал о Хименесе, думаю, сейчас самое время выложить это. Это выходит из-под контроля.

— Ты ранишь меня, маленькая богиня. Такая нетерпеливая.

— Влад!

— Ладно, ладно. Я сказал, что дам тебе название клуба, что он посещает. Он называется «Block» и находится в Атлантик-Сити. И он немного более... дикий. Кроме этого, я знаю несколько его бизнесов, но, честно говоря, половина информации, которую я получаю о нем, оказывается ложными слухами.

— Тогда откуда ты знаешь, что этот клуб правда?

— У меня есть очень близкие источники, которые подтверждают эту информацию.

— Отлично. Я дождусь похорон и поеду, — говорю я.

— Мы поедем, — поправляет Бьянка. — Я не отпущу тебя одного.

— Я прекрасно справлюсь сам.

— Прекрасно — это тебя убьет. Не волнуйся, я буду твоим телохранителем.

— Бьянка... серьезно?

— Я очень серьёзна. Ты никуда не поедешь без меня. И это окончательно. — Она складывает руки на груди, давая понять, что разговор окончен.

Я вскидываю руки в раздражении, и Влад усмехается.

— Я бы сделал, как она сказала. Она может быть очень упрямой. Но держи ее подальше от наркотиков. — Я качаю головой в знак покорности, не то чтобы я планировал оказывать слишком большое сопротивление.

— Но при одном условии, — добавляю я, нуждаясь в том, чтобы установить некоторые границы.

— Каком? — Бьянка смотрит на меня с невинным видом. Конечно...

— Никаких убийств. Ни Хименеса, ни любого другого человека. — Теперь она дуется.

— Почему? Хотя бы Хименеса. — Она умоляет.

— Нет. Я не просто так взял личность Тео и так далеко продвинулся в своей карьере. Я хочу, чтобы Хименеса привлекли к ответственности по всей строгости закона за его проступки. Это то, что я обещал себе, когда все это началось.

Бьянка закатывает на меня глаза, как будто это будет слишком сложным для неё, но в конце концов сдается.

— Хорошо. Никаких убийств, — вздыхает она и выглядит такой подавленной, будто я только что отобрала у нее любимую игрушку.

В этот момент звонит телефон Бьянки, и она говорит, что это снова Энцо.

— Да? Так быстро... О, я и не думала, что ты можешь узнать это так быстро... Нет, я правда не знаю... Спасибо за объявление... Да, скажи им, чтобы переслали мне все детали... Увидимся на похоронах.

Вздохнув от скуки, Бьянка пересказывает то, что сказал ей Энцо.

— Судя по предварительным результатам, отравление цианидом. Они нашли огромное количество во рту, так что подозревают таблетку для самоубийства.

— Этот шум мы и слышали на записи... — размышляю я вслух.

— Даже в смерти Мартин просто обязан оставить за собой последнее слово. — Бьянка звучит разочарованно.

— И что теперь? — внезапно спрашивает Влад, и мы с Бьянкой обмениваемся взглядами.

— Нам нужно спланировать похороны. Ура! — отвечает Бьянка с фальшивым энтузиазмом, прежде чем топнуть ногой в разочаровании. — Знаешь, что это значит? Что я должна буду, черт побери, притворяться, что мне грустно, что старика больше нет. Чееееерт! Нужно купить капли для глаз.

— Думаю, ты не единственная, кто попытается пролить фальшивые крокодиловы слезы. — Я знаю Мартина около десяти лет, и он никогда не производил на меня впечатление человека, способного вызвать подобные эмоции.

Глава 36

Бьянка

Адриан был прав. Я определенно не единственная, кто плачет крокодильими слезами

Я израсходовала уже два флакона капель для глаз. Адриан держит меня за руку с серьезным выражением лица, пока я горблюсь над гробом, всхлипывая если не внешне, то хотя бы слышно. Но я не единственная, кто устраивает шоу. По другую сторону гроба стоит Аллегра и рыдает, как баньши. Почему-то я сомневаюсь, что ее любовь к моему отцу была настолько сильной.

Энцо сидит возле ряда стульев. Церемония только что закончилась, и они готовы опустить гроб в землю. Наконец-то я навсегда избавлюсь от старика. Я мысленно говорю себе, набраться терпения и выдержать это зрелище.

Удивительно, что Адриан не попытался отговорить меня заходить так далеко, но даже он знает, что видимость нужно поддерживать.

После того, как все сказано и сделано, мы приглашаем всех обратно в дом. Я благодарна Адриану за то, что он развлекает всех, и я могу передохнуть. Фальшивые слезы негативно сказываются на здоровье.

Аллегра, кажется, тоже вспомнила эту памятку, когда потеряла сознание в гостиной. Интересно, это часть спектакля или она слишком устала от плача? Энцо поднимает ее с пола, не слишком довольный тем, что его поставили в такое положение, и усаживает на один из диванов.

— Она приняла это довольно плохо, не так ли? — с сарказмом спрашиваю я, когда он оставляет ее и направляется к столу с напитками.

— У нее истерика уже несколько дней.

— Как долго они были вместе?