— Простите. Но, думаю, что у вас сложилось неправильное впечатление, — объясняю я, жестикулируя и удерживаю ее на расстоянии.

— Мистер Гастингс. Вы такой, такой непослушный, — говорит она своим странным голосом, продолжая продвигаться ко мне и все глубже в кладовку, пока я не упираюсь спиной в стену. Черт. Она кладет руки на мою грудь и начинает меня лапать. Я хватаю ее за руки и снова пытаюсь остановить ее, толкая ее и пытаюсь обойти ее на пути к двери. Внезапно она соприкасаются руками с моими плечами, и толкает меня к стене.

— Тебе нравится играть жестко, не так ли? — Она полустонет, прижимаясь к моему телу, и на это раз направляет свою руку прямо к моей промежности. Господи, я не бью женщин, но сейчас мне действительно хочется ударить ее.

— Нет. И я был бы признателен, если бы вы держали свои руки при себе, — говорю я сквозь стиснутые зубы, пытаясь контролировать себя, чтобы не причинить ей боль. Она не обращает внимания на мои слова и сжимает меня через штаны.

Ну все, хватит. Я больше не буду играть по хорошему. Я уже собираюсь оттолкнуть ее, когда дверца шкафа с силой распахивается, открывая Бьянку. Она бросает на нас взгляд, и ее глаза затуманиваются от ярости. Не теряя времени, она отрывает Аллегру от меня и хватает ее за горло, прижимая к стене и почти поднимая с пола.

— Ты вздумала трогать моего мужа? — Бьянка крепко сжимает пальцы на шее Аллегры, ограничивая ей воздух.

— Агх, — Аллегра издает задыхающийся звук, но Бьянка не останавливается.

— Что? Я не расслышала.

Я вижу вены на руке Бьянки, когда она продолжает давить на горло Аллегры, и понимаю, что если не остановлю ее, то она убьет ее. Я хватаю ее за руку и говорю.

— Прекрати. Ты душишь ее. — На мои слова она резко поворачивается ко мне, в замешательстве качая головой.

— Ты защищаешь ее?

— Нет, но ты убьешь ее. — Я дергаю ее за руку, и Аллегра падает на пол, задыхаясь.

Бьянка вырывает свою руку из моей хватки и приседает рядом с Аллегрой, так что они теперь на одном уровне.

— Если я еще раз увижу, что ты пристаешь к моему мужу, я покончу с тобой. Мы поняли друг друга? — Бьянка тщательно выговаривает каждое слово, и Аллегра смотрит на нее в недоумении.

— Ты сумасшедшая сука. Гребенная сумасшедшая сука... Какого хрена? — говорит Аллегра между прерывистыми вдохами.

— Да. Я сумасшедшая сука. И знаешь что? Сумасшедшие суки не имеют ничего против того, чтобы разделать твоё тело на части, пока ты еще жива. Хочешь трахнуть моего отца? Вперёд. Но только взгляни в сторону моего мужа, и я сделаю так, что даже дикие звери не захотят есть твои останки. Все ясно?

Аллегра решительно кивает головой, слова Бьянки явно подействовали на нее.

— Беги! — Бьянка призывает ее, и Аллегра делает то, что ей говорят, оставляя нас с женой одних в этом проклятом чулане.

Честно, я благодарен, что все закончилось, и уже собираюсь выйти, когда Бьянка останавливает меня.

— Ты прикасался к ней? — спрашивает она, ее глаза приковывают меня к месту.

— Что? Нет конечно, — говорю я непринужденно и направляюсь к двери. Бьянка снова хватает меня за руку и поворачивает так, что я оказываюсь у стены.

— Ты, черт возьми, прикасался к ней? — Что не так с женским родом? Я избавляюсь от хищницы только для того, чтобы на меня накричала ревнивая женщина.

Подождите... Я вдруг остановился на этой мысли.

Ревность? Бьянка ревнует? Потому что это подразумевает наличие чувств, а она на это не способна. Или...

— Нет, — снова отвечаю я, и она начинает свою тираду.

— Хорошо, потому что помоги мне Бог, если ты хоть раз... — Я останавливаю ее на полуслове, пользуясь преимуществом своей силы, и меняю нас местами, так что теперь она прижата к стене. Ложу руку на ее горло и наслаждаюсь ощущением ее мягкой кожи и пульсирующего пульса.

— Если я хоть раз? — спрашиваю я, прикасаясь щекой к ее волосам.

— Если ты хоть раз посмотришь на другую женщину. — Начинает она, но не может продолжить, так как я массирую ее пульс.

— Да?

— Если ты хоть раз... — Она стонет, и тогда я атакую.

— Позволь мне сказать. Если ты когда-нибудь подумаешь, что я опущусь так низко, чтобы нарушить свои брачные обеты, даже если моя жена — гребаная социопатка, то ты сильно ошибаешься. — Я отпускаю ее и выхожу из кладовки, направляясь прямо к бару.

Эта ночь просто не может быть лучше, а мы ещё даже не установили жучки. Когда я направляюсь к бару, то вижу растрепанную Аллегру, разговаривающую с Энцо, язык ее тела говорит о том, что она играет в жертву. Энцо смотрит на нее с явным отвращением. Глядя на эту сцену, я качаю головой и продолжаю свой путь. Заказываю еще один бурбон, на этот раз опрокидываю бокал в себя и наслаждаюсь обжигающей янтарной жидкостью.

Блин... Должен признать.

Бьянка выглядела такой горячей агрессивной и ревнивой. Это почти заставило меня захотеть попробовать еще раз, просто чтобы увидеть, как она возбуждена.

Почти.