— Лина! — Энцо подходит к нам. Он выглядит безупречно, как всегда, одетый в белый костюм и черную рубашку.

— Энцо. — Каталина отпускает мою руку, чтобы обнять его.

— Где твоя жена? — спрашиваю я, заметив, что он один.

— Она будет здесь через какое-то время. — Энцо пожимает плечами.

Оставив эту тему, мы направляемся в бальный зал.

Там, должно быть, около пятидесяти человек, все они занимают высокие посты в пяти семьях. Или четырех… Я осматриваю зал и вижу, что ДеВилль не появился и никого не прислал от их имени.

— ДеВилль здесь нет.

— А ты их ждал? — Энцо поднимает бровь.

— Не совсем, но случались и более странные вещи, — замечаю я, и мои глаза снова фокусируются на толпе.

Я нахожу Бенедикто Гуэрро, нынешнего дона. Ему около сорока, но он все еще в хорошей форме. Я помню его еще с тех времен, но не могу сказать, что мы много общались. Рядом с ним стоит его брат, Франко, отец Антонио Гуэрро. Именно он приковывает мое внимание, потому что он первый, кто хочет возмездия за смерть своего сына.

Мой взгляд перемещается дальше, и по обе стороны от Бенедикто стоят его сыновья, Микеле и Рафаэло. Я очень удивлен, что они спокойно стоят рядом друг с другом. Я встречал их обоих, когда был моложе, и их вражда была ощутима между ними. Когда Франческо снабжал меня актуальной информацией о других семьях, он отметил, что вражда братьев с годами только усилилась. У них разница в возрасте меньше года, но у них разные матери. Мать Микеле умерла при родах, но она еще не успела остыть в могиле, как Бенедикто женился на матери Рафаэло. Это, вероятно, способствовало конфликту, также не помогло и то, что Бенедикто хочет назначить Рафаэло своим наследником, хотя он и не первенец.

— Он похож на отца Гуэрро. — Я чувствую легкую дрожь Каталины и притягиваю ее ближе к себе.

— Он не может причинить тебе вреда, — говорю я ей, и она быстро кивает мне.

Когда мы входим, все взгляды устремлены на нас. Губы Франко тут же кривятся в презрении, и он наклоняется, чтобы что-то сказать Бенедикто, который поднимает руку в знак остановки.

Может быть, он удержит своего брата в узде.

— Они определенно выглядят удивленными, — иронично замечает Энцо. Он поворачивает голову и замечает Маркезиса с женой на поводке. Он не выглядит слишком довольным этим фактом и подает нам знак, что переходит на их сторону.

— Полегче, — шепчу я Лине, когда мы проходим дальше в комнату. Она изо всех сил старается сохранять спокойствие, изображая на лице фальшивую улыбку.

— Мы справимся. — Она делает глубокий вдох. Как раз вовремя, чтобы Бенедикто успел поприветствовать нас.

— Ластра. Слышал о твоем брате. Мои соболезнования. — Он протягивает мне руку. Мое тело мгновенно напрягается.

— Рада познакомиться с вами, сеньор Гуэрро. — Каталина хватает его за руку, прежде чем я успеваю отреагировать.

Бенедикто кажется удивленным, но он пожимает ей руку.

— И я, сеньора Ластра. Я слышал о вашем бракосочетании. Жаль, что это было такое маленькое мероприятие, — добавляет он.

— Мы не хотели привлекать слишком много людей. Только друзья и семья. Кроме того, я слышал о вашей трагедии. Соболезную вашей утрате. — Надеюсь, мое сообщение будет принято. Будучи первым, кто затронул эту тему, я могу контролировать направление, которое она примет.

— Правда. — Бенедикто сужает глаза в мою сторону, в то же время его брат делает шаг ко мне. Бенедикто вскидывает руку, останавливая движение Франса.

— Мы все здесь друзья, верно, Брателло? — его голос напряжен, когда он обращается к брату, и тот кивает. Глаза Франко по-прежнему убийственны, он смотрит на меня, потом на Каталину, и я понимаю, что это далеко не конец. Просто сейчас это слишком публично.

— Хорошо, — неохотно соглашается Франко.

— Почему бы тебе не позволить своей жене присоединиться к другим женщинам, и мы могли бы поговорить о делах? — Бенедикто кивает в сторону группы женщин, беседующих за соседним столиком.

Я не хочу, чтобы Каталина пропадала из моего поля зрения, поэтому я пытаюсь вежливо отказаться.

— Я не уверен, что ей будет комфортно.

— Ба! — восклицает Бенедикто и кричит одной женщине. — Козима, иди сюда.

Женщина лет сорока присоединяется к нам, привалившись к боку Бенедикто.

— Что случилось, любовь моя?

— Почему бы тебе не взять синьору Ластра и не представить ее всем.

Козима сужает глаза на Каталину, и та не кажется слишком заинтересованной. Но она все равно улыбается и обращается к ней.

— Каталина, я Козима.

Моя жена ободряюще кивает мне и идет к Козиме.

— С тобой все будет в порядке? — шепчу я ей в волосы, боясь отпустить ее.

— Со мной все будет хорошо, — уверенно отвечает она.