Марчелло непринуждённо сидит на стуле спиной к двери.

— Привет, — приветствую я его неуверенно.

Он медленно поворачивается, и его взгляд пробегает по моей фигуре. Я вдруг чувствую себя неловко. У меня не так уж много одежды, за время пребывания в Сакре-Кер мне не понадобилось ничего особенного. Для этой встречи я надела свое лучшее воскресное платье. Это довольно простое голубое платье, которое доходит мне до щиколоток. Оно застегивается на талии, чтобы придать мне немного четкости. Я провела руками по платью, пытаясь избавиться от влаги с ладоней.

Марчелло встает и приглашает меня сесть в кресло напротив него. Я делаю шаг вперед и протягиваю руку в знак приветствия. Он бросает на нее мимолетный взгляд, но не отвечает взаимностью, вместо этого его глаза прикованы к моему лицу. Я чувствую себя немного глупо с такой протянутой рукой, поэтому сразу же делаю вид, что разглаживаю платье, прежде чем сесть. Возможно, ему не нравится то, что он видит… почему он ничего не говорит?

— Каталина. — Он кивает мне и садится.

— Мой брат, должно быть, рассказал тебе об обстоятельствах, — начинаю я, пытаясь казаться нетронутой его словами. Он выглядит так же хорошо, как и тогда, когда я видела его раньше… даже лучше вблизи. Его глаза теплого цвета виски. В прошлый раз я этого не заметила. Одетый в серый костюм, он выглядит умным и деловым. Даже его волосы ухожены, больше не грязные. Я снова задаюсь вопросом, что он видит, когда смотрит на меня. Может быть, мне стоило накраситься? Но поскольку я никогда не красилась, то не знаю, как это делать.

— Да, — отвечает он, его голос посылает дрожь по моему позвоночнику. В его голосе есть хрипловатый оттенок, который заставляет меня задавать больше вопросов, только чтобы он продолжал говорить.

Он откидывается на спинку кресла, продолжая наблюдать за мной. Я изо всех сил стараюсь не ерзать под его пристальным взглядом.

— Ты согласна на замужество? — спрашивает он меня, и я тут же киваю.

— Да. — Но тут же на меня накатывает чувство вины. Он, наверное, не знает… — Но сначала я должна тебе кое-что сказать. После этого ты сможешь решить, хочешь ли ты еще жениться на мне. — Я украдкой смотрю на него, и у него скучающее выражение лица. Он непринужденно кивает, и я делаю глубокий вдох.

— Я не… — Я делаю паузу, не зная, как это сформулировать. — Я не невинна. — В конце концов, мне удается это произнести.

Выражение его лица ненадолго меняется, но он просто пожимает плечами.

— Меня это не волнует.

— Это еще не все. У меня есть дочь…

— Энцо упоминал об этом. — В его глазах такая напряженность, которая почти пугает меня. Прежде чем потерять мужество, я продолжаю.

— Я не хочу разлучаться с ней. — Он кивает.

Наступает момент молчания, когда он просто смотрит на меня.

— Сколько ей лет? Твоей дочери?

— Ей девять с половиной. Она очень хорошо себя ведет, она не будет тебя беспокоить. — Я чувствую, что вынуждена добавить. Может быть, он подумал, что это ребенок или малыш, а они более буйные, так что я понимаю, почему он заинтересовался.

Его глаз на секунду дергается, и он поворачивает голову.

— Как ее зовут?

— Клаудия.

— Хорошо. Вам с Клаудией не придется ни о чем беспокоиться.

— Это не… проблема?

— Нет. У меня дома есть младшая сестра. Они не так уж далеки по возрасту и могли бы поладить. — Я вздохнула с облегчением от его слов. — Однако, — продолжает он, — у меня также есть некоторые основные правила. Вот почему я попросил Энцо дать мне возможность поговорить с тобой заранее.

Я замираю. Что он имеет в виду? Я жду, пока он продолжит.

— Это будет брак только на бумаге. Я дам тебе свою фамилию и буду обеспечивать тебя и Клаудию. Вы ни в чем не будете нуждаться. Ты получишь свою собственную комнату в доме. Как ты проводишь свое время, зависит только от тебя. Я буду беспокоить тебя, только если будет мероприятие, на которое мы приглашены, или если мы его проводим.

Брак только на бумаге? Я жду облегчения, но его нет. Почему? Должно быть, я ему не нравлюсь… Это единственное правдоподобное объяснение.

— Я не против, — говорю я, пытаясь скрыть свое разочарование.

— И последнее. Не прикасайся ко мне. — Я поворачиваю голову и хмуро смотрю на него. Что?

— Что ты имеешь в виду?

— Только это. Мне не нравится, когда ко мне прикасаются. Даже что-то маленькое, вроде прикосновения руки. Не надо.

Я слишком ошеломлена, чтобы что-то сказать, поэтому просто оцепенело киваю.

— Лучше с самого начала изложить наши ожидания. Тогда не будет разочарований, — говорит он. Я все еще не могу прийти в себя от его слов.

— Это не значит, что ты можешь встречаться с другими мужчинами.