Я сглатываю, любуюсь его сильной фигурой. Идеально сложенное загорелое, длинное тело так и манит к себе. Боже, он такой красивый, что глаз не оторвать! Однако когда мои глаза спускаются вниз, к заметной выпуклости в его боксерах, которую он демонстрирует мне без всякого стеснения, Олег заставляет меня покраснеть. Мое дыхание становится прерывистым.

- Да. Что-то осталось с ужина. Мы ведь так и не поели, - отвечает Олег, пристально глядя на меня. Его лицо непроницаемо.

Мое щеки неумолимо краснеют под его взглядом, когда я вспоминаю, что мы делали вместо ужина….

«Аня! Прекрати немедленно!» - Приказываю я себе.

- Это моя рубашка?

Олег прищуривается, хитро улыбаясь. Черт! Так нечестно! Его улыбка действует на меня, как наркотик. Взгляд мужчины прикован к моим ногам.

- Да. Ты не против? – Робко спрашиваю я, смущенно одергивая рубашку.

- Нет, - пожимает плечами Олег, наливая себе стакан воды. – Зеленоглазка, а под ней что-то есть?

- Что?! – С шумом выдыхаю я, широко распахнув глаза.

- Я спрашиваю, надела ли ты трусики? Или я могу дотронуться до тебя без всякой преграды? – Тихо говорит он и надвигается на меня. Инстинктивно я сажусь дальше, Олег сокращает расстояние между нами и наклоняется, сжав пальцами мой подбородок. – Лучше бы ты проснулась после того, как я сходил в душ. Сейчас я едва сдерживаюсь, чтобы не трахнуть тебя, зеленоглазка.

Он прожигает меня своими голубыми глазами, а я пьянею, окутанная его запахом.

- Ответь мне, - велит Олег вкрадчиво.

- Я только в рубашке, - шепчу я.

- Вот как, - он облизывает свои жесткие губы, смотря на мой рот, и я зачарованно слежу за тем, как его язык скользит по верхней губе. Олег смотрит мне прямо в глаза, оценивает. Затем наклоняется и запечатлевает у меня на губах быстрый, целомудренный поцелуй и сразу вытягивается в свой высокий рост.

Не дыша, я смотрю на него снизу-вверх, завороженная его потемневшим взглядом.

- Твои губы… - Хрипло шепчет он, водя пальцев по ним. – И то, что ты можешь сделать ими…

Мне хочется к нему притронуться. Я хватаю его ладонь, кладу на свою щеку и тянусь к ней, млея от нежных прикосновений. На лице Олега появляется легкая, полная нежности улыбка.

- Зеленоглазка, давай ты переоденешься и не будешь больше щеголять передо мной с голыми ножками, хорошо? - Мягко приказывает он, и я разочарованно вздыхаю, когда он отходит от меня.

Олег еще раз оглядывает меня с ног до головы, заставляя мое сердце биться в бешеном ритме, и, отвернувшись, принимается доставать что-то из кухонных шкафчиков.

- Хорошо, тиран, - улыбаюсь я. Уже выходя из кухни, решаю спросить: - Олег… Почему ты спал на полу?

Олег поворачивается и неожиданно смотрит на меня с такой злостью, что я пячусь назад.

- Не твое дело.

- Я… просто спросила, - лепечу я, нахмурившись.

- Не лезь в мою жизнь, Аня. Тебя это не касается, - говорит он, его голос жесткий – как ножом режет.

Что я такого спросила? Почему он так обращается со мной? Я чувствую острую боль в груди. Это же нормально, что я спрашиваю его о жизни, ведь я совсем ничего не знаю. Как мне понять Олега, если сейчас он нежен и ласков, а буквально в следующую секунду по какой-то непонятной причине холоден и враждебен.

- Я не лезу в твою жизнь. Я лишь задала тебе вопрос, - произношу я тихим голосом. Мне становится холодно. Я стою посередине огромной каюты, не зная, куда себя деть.

- По-моему я ясно выразился, что ты должна одеться. Или тебе нравится ходить по дому голой? – Холодно говорит Олег, и я вздрагиваю от пронзительного ледяного взгляда, которым он прожигает меня.

Олег снова утыкается в стол, принимаясь нарезать сыр, недвусмысленно демонстрируя, что разговор окончен. Я плетусь в спальню, изо всех сил сдерживая слезы обиды. Он был таким близким вчера… а сейчас так холоден и далек, что я всерьез начинаю задумываться о том, что Олег вряд ли мне когда-нибудь откроется. Может быть, все эти слова со свиданием – это простая игра? Чтобы я быстрее согласилась лечь с ним в постель?

Срываю с себя его рубашку, быстро надеваю свою одежду и сажусь на кровать. Усталая и безвольная. Меня наполняют холод и отчаянье.

«Соберись, Литвинова. И не позволяй ни кому видеть свои слезы!» - Рычит на меня подсознание.

Олег бросает на меня быстрый взгляд, когда я захожу на кухню. Он уже одет в джинсы и в синий пуловер.

- Омлет или запеченная утка? – Спрашивает он вежливо, водя пальцем по своему планшету.

Я судорожно хватаю ртом воздух.

- Отвезите меня домой.

Его губы сжимаются в тонкую линию.

- Только после того, как ты поешь, Аня.

Глава 25

Олег Кравцов.

Сейчас...

Я оборачиваюсь и вдруг замечаю ее ужасающую бледность.

- Отвезите меня домой, - говорит она тихо.

- Только после того, как ты поешь, Аня, - с нажимом в голосе произношу я, и моя зеленоглазка вздрагивает.