Кипя от гнева, я пошвыряла на кровать мои любимые учебники по травоведению, а потом аккуратно принялась расставлять их обратно на книжную полку, оставив на прикроватном столике лишь один талмуд — небольшой и черный. Все же книги не виноваты в том, что иногда я бываю несусветной дурочкой. Анита как-то обеспокоенно следила за моими действиями, стараясь не отвлекать, и даже слова не вставила, пока я не повалилась на кровать, спрятав лицо в ладонях.

— Госпожа Ария, я уверена, все наладится. Мы обязательно найдем выход.

— Какой, Анита? — обреченно выдохнула я. — Я умоляла герцога Блеймонда трижды, и все бесполезно.

— Вы, вероятно, пребываете в заблуждении, что ваш отец никогда не был на вашей стороне, — продолжала Анита почти беззвучно. — Однако я уверена, он любит вас. Может быть, вы попробуете с ним поговорить?

Я подняла взгляд на черноволосую девушку, рассматривая ее густые длинные ресницы и темные глаза. Наверное, Анита права…

Стоит хотя бы попытаться.

Эрцгерцог Тернер нашелся в своем кабинете, расположенном в центральной башне поместья. Иногда он даже проявлял ко мне симпатию, но в большинстве случаев оставался холоден, словно я вовсе не была его родной дочерью. Постучав по резной деревянной двери, я услышала равнодушное “Войдите” и прошла в кабинет отца.

— А, это ты Ария, — сказал он, держа Еженедельный Вестник в руках.

Еженедельный Вестник опубликовал новый выпуск, впервые нарушив недельное расписание. Губы эрцгерцога изогнулись в неприятной улыбке. К моему возмущению, он принялся читать статью вслух.

– “… Людям, желающим добра кронпринцу Себастьяну Кайдзену, остается лишь надеяться, что в следующий раз он подарит свое сердце более достойной кандидатке”. Как быстро они сменили свое мнение по поводу тебя. Впрочем, я рад, — произнес отец, а затем свернул газету и отложил ее на край стола. — Зачем ты пришла?

Я не отводила взгляда, изо всех сил стараясь выглядеть невозмутимой. Но как же так можно… Я не понимаю, я ведь тоже его дочь. Не я, конечно же, но та Ария.

Голос дрогнул, когда я сказала тихое:

— Я хотела обсудить с вами поездку в Эйтери.

Его лицо моментально помрачнело и он неприязненно ответил:

— Не трать мое время. Ты поедешь! И это не обсуждается.

Я глубоко вздохнула.

— Но вы ведь осознаете, что я буду опозоренной? Пожалуйста, позвольте мне остаться дома, я…

Эрцгерцог тернер тут же меня перебил:

— Не дерзи мне. Слушайся родителей, иначе я прикажу запереть тебя в подвале. Или отправлю обратно в пансион Святой Гертруды.

Неожиданно жестокость настоятельницы госпожи Бастет стала более привлекательной и предпочтительней, чем это злосчастное приглашение королевской семьи.

Я уставилась взглядом в пол, принимаясь разглядывать узор красного ковра. Руки мои дрожали от злости, но я упорно не поднимала глаз, будто не слыша отца.

— Вы ведь знаете об этом, верно? — Мой голос был едва слышим. — Что названная матушка хочет обручить меня с Монтегю в эти выходные?

В тишине кабинета раздался тяжелый вздох и отец страшно проговорил:

— Так будет лучше для всех. Если ты хочешь, чтобы твоя сестра стала следующей королевой Эленейроса, ты сделаешь все, что сказала твоя мать. Я надеюсь, что ты меня поняла, Ария?

— Но вам абсолютно плевать на мою судьбу! — взорвалась я, забыв о всех правилах приличия, что привила мне госпожа Орса. — Вам плевать, умру ли я или проведу остаток жизни с мерзким, старым и злым человеком! Пожалуйста, я умоляю вас, не поступайте так со мной… — У меня вдруг начали течь слезы. Я зло смахнула их с лица и тихо выдохнула: — Я тоже ваша дочь, эрцгерцог Тернер.

На какое-то безумное мгновение, мне показалось, что он сейчас наложит на меня проклятие, столько ненависти было в его взгляде. Я пошатнулась.

— Уйди вон, — прошипел отец, и его бездонные глаза вперились в мои: — И если ты ослушаешься, то последствия для тебя будут неутешительные.

Я выбежала из его кабинета, словно ошпаренная.

В тот вечер ничего не могло мне помочь хоть как-то прийти себя и вернуться к позитивному настрою: не помогли даже новые книги и молоко с маковыми булочками. Я лишь надеялась, что четвертое письмо, отправленное герцогу Блеймонду с помощью заговоренной бумаги, сможет переменить его решение.

Но заговоренная бумага, чей край, к моему стыду, был слегка влажный от моих слез, вернулась ко мне с лишь одним моим именем…

Госпоже Арии Тернер.

Неземной. Империя Шаттергард.

Господин Нобу. Премьер-министр Шаттергарда.

— Сорвался или нет?..

Премьер-министр медленно шел по длинному коридору поместья, пробиваясь сквозь все защитные чары. Одно заклинание, второе, третье… Неприязненно выпустил магию, уклонившись от очередного убивающего. Наконец ему удалось пробить всю установленную Аспидом защиту, и действовал он совершенно открыто.

Он прикрыл глаза, напряженно считая количество душ — двенадцать, не считая Аспида и госпожи Чеджу. И все девушки. Мужчина с облегчением выдохнул — живые. Пока.