Должна признаться, что небольшая опасность – это забавно, и, когда мне было восемнадцать, я, возможно, даже глазом бы не моргнула, но если ты собираешься трахаться посреди общественного пляжа в возрасте тридцати двух лет, то ты буквально озвучиваешь что-то вроде: «Знаете что? Взрослое, ответственное поведение не для меня. Пожалуйста, кто-нибудь, позвоните в Управление опеки, чтобы они приехали и избавили нас от наших детей».

Нет, нет, нет.

Нам был нужен план. Волоча Кена за собой, я развернулась от порога нашего коттеджа и пошла обратно по пляжу, внимательно изучая местность.

– А что, если здесь? – спросила я, указывая на деревянные мостки, ведущие от отеля неподалеку и заканчивающиеся лестницей в пять или шесть ступенек.

Кен на мое предложение сморщил нос:

– Что, прямо на ступеньках?

– Нет. Не на ступеньках. Под ними.

Но Кен был весь такой: «Это какая-то дыра».

А я: «Но там нас никто не сможет увидеть».

А он: «отому что это какая-то дыра».

Туше.

В конце концов мы пришли к компромиссу, найдя место под другими деревянными мостками, которые не доходили до конца пляжа, и под ними была ровная песочная полянка. А не дыра.

Теперь, когда мы нашли место, надо было обсудить остальную логистику. Кен предложил сказать, что мы снова пойдем «прогуляться», уложив детей спать, а он заранее спрячет снаружи пару полотенец, чтобы сделать из них подстилку. Я предложила надеть платье, чтобы было легче снимать. Все детали отлично совпали (никаких намеков).

После невозможно романтического ужина в небольшом итальянском ресторанчике в центре Чарльстона мы вернулись в свою хижину и уложили детей. После чего болтали с его родителями до тех пор, пока совсем не стемнело. Тогда, подмигнув друг другу, мы начали обуваться, бормоча какие-то объяснения на тему того, почему нам снова приспичило прогуляться.

– Я хочу посмотреть, работает ли маяк, – было лучшим из того, что я смогла придумать.

Прямо перед тем как выйти, я вспомнила про полотенца и про то, что я не видела, чтобы Кен припрятал их, как обещал. Ломанувшись за ними, я слышала, как бормочу что-то мистеру и миссис Истон на тему того, что мне нужно полотенце, потому что у нас все ноги будут в песке, и их придется споласкивать, и тогда они будут ужасно мокрые, и тогда нам понадобится полотенце. Вся эта ерунда казалась еще более неловкой оттого, что я все время бубнила про эти ноги, пытаясь вырваться из дома. Когда я наконец оказалась на террасе и на мои разгоряченные щеки подуло прохладным воздухом, меня встретил красавец-мужчина, который ухмылялся, как последний сукин сын. В руках у него было два пляжных полотенца.

– Когда ты успел вытащить их сюда?

– Прямо перед тем, как мы уехали в ресторан. Я сделал вид, что вешаю их сушить.

Господи, я почувствовала себя идиоткой. Почему у него всегда все так ловко получается?

Испустив побежденный вздох, я кинула свое полотенце на одно из кресел, взяла Кена под руку, и мы отправились в путь к не-дыре. Нам же не понадобится больше двух полотенец?

Это была ошибка.

Бооо-льшая ошибка.

Экономя время, мы с Кеном кинулись в намеченное место под мостки, которые были достаточно далеко, но все еще считались пляжем.

Хотя мы спешили – последнее, чего бы мне хотелось, так это чтобы старшие Истоны начали волноваться и пошли бы нас искать, – но небольшая прелюдия все же была бы нелишней. Это помогло бы мне расслабиться и войти в настроение. Однако я подумала, что Кен нервничает еще больше меня, потому что, как только мы оказались в намеченном месте, он тут же расстелил полотенце и плюхнулся на него, как дохлая медуза, которую я видела в нескольких метрах от нас.

Класс. ТрупоКен снова с нами. Трудно выбрать лучший момент.

Я скинула шлепанцы и стянула трусы, засунув их в карман толстовки Кена, которую накинула перед выходом. Я не рискнула снимать ее, потому что там было довольно прохладно для того, чтобы раздеваться. Между тем Кен засунул второе полотенце, свернутое в рулон, себе под голову, как подушку, и спустил с бедер шорты и боксеры, обнажив довольно вялый результат своих волнений.

Начало нельзя было назвать удачным, но я никогда не отказывалась от вызовов.

Оседлав напряженное тело Кена, я наклонилась к нему, но нечаянно хлестнула его по лицу свисающими завязками капюшона. По крайней мере, это сняло часть напряжения. Мы оба зашикали, пока я засовывала эти шнурки за воротник. Затем я снова нагнулась и потянулась к Кену. На сей раз удачно.

Я вцепилась в волосы песочного цвета, которые скоро будут засыпаны песком, и стала целовать его изо всех сил. Я старалась стереть его беспокойство своими губами, языком, пальцами и бедрами, одновременно ввинчиваясь в растущую между нами выпуклость. Кен вскоре начал отвечать мне, схватив меня за задницу и двигая вдоль своего члена, пока мы сдуру не позабыли в порыве страсти, где мы, на фиг, находимся.