— Нам нужно позвонить Лоренцо, — сказал Кэл. — Он отвел два других отделения в гараж.

— Да, я заметил, но они не последовали за ним сюда. Они были больше для устрашения, — добавил я.

— Я собираюсь убедиться, что от нас не останется и следа. Сделай звонок. У нас есть самое большее пятнадцать минут, прежде чем кто-нибудь появится. Сообщения о взрыве, вероятно, достигли ушей копов.

Он снова побежал, пока я прижимал телефон к уху.

— Kompa, — приветствовал меня Лоренцо на третьем гудке. — Я начинаю слышать от тебя больше, чем от собственной матери.

Хотя я нашел юмор в том, что он сказал, у меня сейчас не было на это времени.

— То же самое, что произошло во дворе, произошло сейчас, — на всякий случай я произнес кодовым языком. Вы бы никогда не хотели признаваться в убийстве по телефону.

Лоренцо присвистнул, точно зная, что я имел в виду.

— Вы, мальчики, просто прихлопываете их, как мух, не так ли?

Я молчал.

— Dejemen solo, — сказал он кому-то из своих людей. — Hablale a Rigo.

Оставьте меня в покое и позовите Риго, — сказал он своим людям.

Как только больше не было шума, он снова начал говорить.

— Кто это был на этот раз? — он спросил.

Когда я все еще молчал, он раздраженно вздохнул.

— Эта линия безопасна. Поторопись, чтобы я мог посмотреть, что я могу с этим сделать.

— Шеф, — сказал я, когда Кэл возвращался.

Он выругался по-испански, но мне потребовалась секунда, чтобы понять, что он смеется.

— Позвони Риго и скажи ему, где ты. Он сделает уборку. Мне нужно назначить нового шефа. Спасибо.

Линия оборвалась.

Кэл наблюдал, как я повесил трубку, затем позвонил Риго и сразу же начал рассказывать ему, где мы находимся.

— Он берет на себя полицейских в этом городе, не так ли? — Сказал Кэл.

Я кивнул.

— Прекрасная возможность. Давай выбираться отсюда. Риго собирается заняться уборкой.

Что бы, по их словам, ни случилось с шефом, нас это не касается. Людям на юге было бы все равно. Сэинт был свободен, и наша сторона все еще была сильной.

Когда мы вернулись к грузовику, Эверли проводила руками по волосам Сэинта. Он положил руку ей на плечо. Мы все заметили рубцы на его запястье. Он порвал себе кожу.

— Я в порядке, — сказал он, когда мы сели в грузовик. — Эверли позволяет мне отдыхать на ее сиськах, так что не разговаривайте со мной.

Я видел, как напряжение покидает всех нас.

Когда Кэл вез нас домой, я знал, что не я один думал, что единственный, кто остался на ногах, — это декан. И я мог бы поспорить на свою задницу, что он был вдохновителем всей этой игры. Он наживался на амбициях этих людей и использовал их, сохраняя свои руки в основном чистыми.

Когда мы вернулись во двор, все машины исчезли. Никаких инструментов не было видно, а гараж был закрыт. Без слов мы все вышли, а затем открыли гараж.

Мое горло сжалось, когда я увидел, как все было убрано. Ведра и тряпки, которые мы использовали, были вымыты. Ничего не пропало. Кэл попросил их об одолжении, и они все справились.

— Нам нужно поговорить, — сказал Сэинт, подводя Эверли к дивану. Он сел, а затем притянул ее к себе на колени. Кэл включил свет, когда я снова закрыл дверь, а затем мы оба встали перед ними.

— Расскажи нам, — настаивала Эверли.

— Помните, как тот бездомный парень сказал, что видел, как Эрик спорил с женщиной… — Сэинт продолжил, и мы сразу поняли, о чем он говорит.

— Да… — Я ответил, уже испытывая тошнотворное чувство.

— Это была Тифф, не так ли? — Кэл догадался, и, судя по выражению лица Сэинта, это было правдой. Вот что он имел в виду, когда задавал шефу этот вопрос.

Эверли ахнула.

Затем я вспомнил, что она сказала, когда пришла в гости.

— Все вы, маленькие засранцы, всегда были занозой в моей заднице. Говорите мне, что я могу или не могу делать со своим ребенком.

Она говорила во множественном числе, и я знал, что Кэл никогда не предупреждал ее, это было впервые, и я сделал это только потому, что она разозлила меня.

— Почему твоя мать должна была встретиться с Эриком? — Эверли усомнилась.

Тифф была сукой, но она ничего не выиграла от встречи с ним. И она была кем угодно, но она была недостаточно умна, чтобы заниматься чем-то подобным.

— Я думаю, что это моя вина, — прошипел Сэинт.

— В действиях этой сучки нет твоей вины, — сказал ему Кэл, и мы все кивнули в знак согласия.

— Эрик спросил меня, чего я хочу больше всего… и тогда единственное, чего я хотел, это не оставлять вас, ребята. Чтобы Тифф оставила меня в покое.

Я закрыл глаза, когда меня осенило. Я знал, что догадался и Кэл. Это было так похоже на гребаного Эрика — попытаться заставить Тифф уйти от него. Он, вероятно, попытался бы дать ей те небольшие деньги, которые у него были.