— Я знаю. Удивительно, но Джоуи согласился помочь. Судя по всему, вся эта история всплыла, когда он отвез Дилана в больницу, чтобы вправить ему руку. Сказать, что он был встревожен, наверное, мягко сказано. У него, похоже, сложилось впечатление, что у Дилана были какие-то навязчивые наклонности. — Она судорожно вздохнула. — Те, что касаются меня. Он ненавидел популярных детей, и по каким бы причинам ни оправдывался в своей голове, твой интерес ко мне спровоцировал его. — Ее голос понизился до шепота. — Джоуи сказал, что у него на компьютере есть папка с моими фотографиями. — Я почувствовал, как ее тело начало дрожать, и крепче обнял ее, целуя в голову. — Тот факт, что он украсил свою спальню так, чтобы она выглядела как моя, меня достаточно напугал, но знать, что у него была целая папка моих фотографий, которые, должно быть, были сделаны без моего ведома…Я имею в виду, кто это делает?

Ее взгляд встретился с моим, выражение лица было таким страдающим, что было почти больно смотреть на нее.

— Я просто все время думала, почему этого не видела? Он никогда не был со мной более чем дружелюбен. Перебрала все в своей голове, и просто…Я не понимаю этого, Картер.

— Этот ребенок серьезно облажался, Рэй. Послушай, меня, нет ничего, что ты могла бы сделать по-другому. Его действия ненормальны. Почему твой разум вообще пошел туда? Насколько тебе было известно, он был твоим другом, и у тебя не было причин думать иначе.

— Может быть, — вздохнула она. — Я не знаю. В любом случае, Джоуи в основном сказал ему, что, если он снова осмелится показаться в Алстоуне, то выдвинет обвинения. Или что я это сделаю. Что угодно. Джоуи все равно хотел выдвинуть обвинения сейчас, но он беспокоился, что у тебя тоже будут неприятности из-за того, что ты сломал ему руку.

— Черт. Даже с фотографиями?

Она кивнула, и я мрачно улыбнулся.

— В таком случае, мне нужно сделать пару звонков. Я не думаю, что он рискнет пойти против семьи Драммондов, но я ничего не оставляю на волю случая. Киан и я.…мы знаем парня, Мака, у которого есть друзья, которые могут быть полезны в таких ситуациях. По крайней мере, так слышал. Позволь мне разобраться. — Под ее неуверенным взглядом я опустил голову, чтобы нежно поцеловать ее. — Поверь мне. Он никогда больше не причинит тебе вреда.

— Я доверяю тебе, — наконец, настоящая улыбка появилась на ее губах, и я снова поцеловал ее.

— Я сделаю все, чтобы ты была в безопасности.

Прошло несколько недель, и все наконец-то стало нормальным, или новой версией нормального, теперь Рэйн была моей. Я не мог насытиться ею, и у меня никогда раньше не было такого с девушкой. И в такую ночь, как сегодня, когда она была одета для вечеринки Анастасии и выглядела чертовски сексуально в обтягивающем черном топе и крошечных шортах, я не мог перестать прикасаться к ней при каждом удобном случае. Я вел машину, положив одну руку на руль, а другую на ее бедро. На каждом красном светофоре мои губы касались ее губ.

— Я не могу насытиться тобой, — сказал ей, указывая средним пальцем на водителя позади нас. На самом деле у него хватило наглости просигналить мне, только потому, что я был слишком занят поцелуями со своей девушкой, чтобы заметить, что огни сменились с красного на зеленый.

— Следи за дорогой. — Ее слова прозвучали как задыхающийся смех. Краем глаза увидел, как она прикусила губу, а затем тихо заговорила. — Может быть, после вечеринки мы могли бы пойти в Партон-парк и повторить «Ночь страха»? Имею в виду…Ты мог бы преследовать меня?

Я чуть не свернул машину с дороги, и она испуганно вскрикнула. Моя хватка на ее бедре усилилась, и судорожно сглотнул.

— Черт возьми, Рэй. Зачем мы идем на эту вечеринку? — Мой член затвердел при мысли о том, чтобы поймать ее в темноте, обхватить рукой хорошенькое маленькое горлышко и трахнуть до бесчувствия. — Я серьезно. Давай пропустим вечеринку.

Она снова рассмеялась.

— Нет. Тебе нужно быть там. Ты футбольный капитан и король школы. — Она сопроводила свои слова закатыванием глаз, но улыбнулась мне, давая понять, что просто заводит меня. — Кроме того, это сделает ее еще лучше. Ожидание, зная, что позже будешь делать со мной все грязные, развратные вещи, которые хочешь делать.

— Как это сделает ее лучше? Это пытка.

— Отсроченное удовлетворение. — Она пожала плечами.

— И ты говоришь, что я садист в этих отношениях. — Я в последний раз сжал ее бедро, прежде чем отпустить его, чтобы переключить передачу.

— Я никогда этого не говорила. — Взглянув на нее, я увидел, как она невинно хлопает ресницами, и поднял бровь.

— Держу пари, что ты об этом думала.

— Может быть. Ты же знаешь, мне нравятся твои садистские наклонности.