«Рядом со мной тухнут свечи. Бабка сказала, что это — дерьмовый знак».

«Сука, как же страшно, Даша… Я вообще не готов принять это».

«Я, мать твою, не готов видеть его здесь, рядом с ней!»

В груди резко простреливает. Цепенею от внезапной догадки и чувствую тревожную пульсацию в горле.

«Здесь, рядом с ней».

Напрягаю память. Меняю адрес в приложении, и водитель тут же отказывается от поездки. Пытаюсь вызвать заново, но никто не спешит откликнуться. Кому охота ехать за город в новогоднюю ночь.

— Да что же это такое!

С досады хочется разбить телефон о ступеньки.

В этот самый момент получаю уведомление и с облегчением выдыхаю, когда пару минут спустя к зданию центра подъезжает желтый автомобиль.

Спускаюсь, сверяю номера с теми, которые отображаются в приложении, и забираюсь на заднее сиденье.

— Доброй ночи, девушка-красавица, — здоровается со мной водитель.

— Доброй.

— С Новым годом! Не ждал уже приятной компании, а тут такой сюрприз, — широко улыбается и подмигивает.

Он мне совсем не нравится, но я стараюсь не думать об этом. Мысленно прокручиваю наш с Яном разговор, и волнение в груди лишь множится.

— Пурга такая, сыпет и сыпет, смотри что делается, — недовольно причитает парень, выезжая на дорогу со стороны той самой остановки, до которой я однажды не дошла.

Набираю номер, но мне отвечает лишь бездушный робот.

«Аппарат вызываемого абонента выключен или находится вне зоны действия сети».

— Ты чего, красивая, плачешь? Обидел кто? — регулирует зеркало так, чтобы видеть меня в отражении.

— Нет.

— А что? — не унимается.

— Все в порядке.

— Обманывать нехорошо.

— Простите, мы можем ехать молча? — просто не выдерживаю.

— Ладно, — хмурит брови. — Радио включу. Расслабься.

Это его «расслабься» лишь еще больше меня настораживает, но, слава богу, с расспросами в ближайшие минут сорок он ко мне не лезет.

Смотрю в окно и то дело мельком поглядываю в приложение, чтобы проверить, сколько нам осталось ехать.

Паникую страшно. Четыре тридцать утра. Я одна, таксист доверия не внушает. Мы где-то за МКАДом, а где конкретно — понятия не имею.

— А чего одна так далеко едешь? — интересуется вдруг, приглушая музыку.

— Так вышло, — отзываюсь, намертво вцепившись пальцами в дверную ручку.

Выпрыгну, если понадобится.

А двери заблокированы, Даша.

— Небезопасно, — добивает он интонацией.

Сглатываю и стараюсь успокоиться.

Не накручивай.

— Маме зять не нужен? — выдает в шутливой форме.

— Не нужен. У меня есть парень.

— Ааа, — прищелкивает языком. — У моей Алинки тоже был парень, то бишь я, но из армии она меня почему-то не дождалась.

Молчу.

— Пришел, и узнаю такой, что она с моим другом шашни успела закрутить. Еще и залетела от него. Такой вот расклад.

К чему мне эта информация? Еще и злится.

— А куда именно едем, неразговорчивая? Указан только населенный пункт.

— На кладбище.

Поворачивается и бросает в мою сторону выразительный взгляд.

— Мне туда срочно надо.

Звучит, конечно, так себе…

— Лажа какая-то. Щас в лес повернем, а там кенты твои, что ли? — подозрительно прищуривается. — Тачку у меня отожмут.

Теперь, похоже, настал его черед нервничать.

— У меня папа — смотритель кладбища, — нагло лгу. — Еду ему везу.

— Не-не-не, туда не поеду, моя хорошая. Манал я.

— Вы издеваетесь?

— Надо было сразу указывать, даже и не принял бы вызов, — машет рукой. — Зачем оно мне надо. Заманилово какое-то.

— Я доплачу, у меня есть деньги. Не станете же вы высаживать меня посреди незнакомого поселка?

— Это не мои проблемы. Закажешь оттуда еще одну машину.

Его разглагольствования прерывает рингтон моего телефона.

Опускаю взгляд.

Игорь Владимирович.

Один его звонок я сегодня уже проигнорировала ввиду того, что до сих пор на него обижена.

И все-таки нажимаю ответить.

— Дарин…

— Здравствуйте.

— Ян у тебя?

— Нет, но я рассчитываю его найти.

— И где ты? — спрашивает настороженно.

— Еду на кладбище.

— Сдурела? — начинает орать. — С кем?

— На такси.

Такой отборный мат слышу, что уши в трубочку сворачиваются.

— Какого дьявола, совсем сбрендила?

— Он там один. Один среди могил, понимаете? — кричу.

Какое-то время Абрамов-старший молчит.