– Я вас провожу, – хлопая себя по карману, произносит Захар.

Я внимательно разглядываю девушку, устроившуюся на ковре. Она снова поворачивается ко мне.

Эта родинка над губой…

Ну точно! Вот же ж... как это я дура сразу-то не сообразила!

Сейчас пазл за пазлом я мысленно собираю цельную картинку. И она мне не нравится.

– Уволите теперь? – смекнув, что я её узнала, спрашивает девчонка.

– Значит, это ты мне в ресторан проблем подкинула, – озвучиваю вслух свою догадку.

– Ну я, – признаётся она, гордо вскинув подбородок. – Чтобы вам жизнь малиной не казалась.

Умница, что сказать…

– О чём речь, Жень? – вмешивается Громов, который за всё это время не произнёс ни слова.

Точно. Женя. Одна из новых официанток. Дима сам принимал на работу её и ещё одну девочку.

– Значит, ты сестра Максима? – смею предположить я. Ведь невесту его я уже видела.

– Угу, систер.

– А я и думаю, что ж это моим рестораном ни с того, ни с сего заинтересовались все и сразу: роспотребнадзор, МЧС, налоговая. Критиков волной принесло, отзывы гневные с завидной регулярностью стали появляться.

– Ничего, вам полезно, – выдаёт Женя, немного стушевавшись под напряжённым взглядом брата. –  У вас в «Версале» не пойми что творится. Повара вместо того чтобы готовить, играют в покер. Жопят креветки и прочие деликатесы, экономят, – поясняет она. – Домой после закрытия, в субботу, ящиками таскают продукты. С вашей бухгалтершей у шеф-повара шуры-муры. В курсе?

Пока мои брови ползут вверх, она продолжает «топить мой Титаник».

– Старые официантки устраивают дедовщину и подставляют новичков. Администраторша постоянно заигрывает с посетителями и без конца трещит по телефону. Не по рабочему, заметьте. Бармен дурит клиентов, разбавляя алкоголь.

– До сих пор разбавляет? – хмуро уточняю я у неё.

И ведь проводили уже воспитательную работу! И всё зазря.

– До сих пор, – подтверждает она. – Дима ваш – неплохой сотрудник, но его никто не слушает. Поручения выполняются весьма неохотно и не с первого раза. Ну мягкотелый тюфяк он, что поделать! Ещё и влюблён в эту вашу дуру-администраторшу. Тоже мне семейный человек… ходит, слюни пускает, а она тем и пользуется.

Чем больше слушаю, тем интереснее...

– Ваши подчинённые за глаза ласково именуют вас Стерлядью… – прищуривает один глаз. — Нетрудно догадаться путём сложения каких слов образовано это прозвище…

– Ну вот что, достаточно, – прерываю её я.

– Выражаясь прямо, у вас там полная задница, Арина Викторовна, так что небольшая встряска этому местечку только в плюс.

– Небольшая встряска? – возмущённо выдыхаю я. — Да ты хоть представляешь сколько штрафов я заплатила, а … – замолкаю и хватаюсь за висок.

Слишком резко поднялась. Ещё и разнервничалась.

– Жень, так ты в ресторан Барских устроилась? – наконец, доходит суть и до Громова.

– Да, Максим, устроилась! – отвечает Женя, опуская при этом глаза. – Нет, ну а что? Она тебя сбила, а наказания никакого не понесла. Жила себе припеваючи и беззаботно дальше. Салоны, магазины, Пресненская Набережная, клубы.

– Ты за мной следила, что ли? – ужасаюсь я.

– На работу Арина Викторовна приезжала чуть ли не к вечеру. Вот я и решила добавить немного перца…

– Народный мститель, – усмехаюсь я. – Корнелюк мне всю душу вытряс!

– Выкрутились же, – смеётся девчонка. – А вы находчивая! Я ухохоталась с этого придурка. Из ресторана он вышел  в обнимку с вашей выдрой. Плакал как ребёнок, ей богу!

– Я с тобой потом поговорю, – цедит Громов.

В комнату возвращается Захар. Снова подходит ко мне и гладит по волосам.

– Ну ты как?

– Нормально вроде, голова только болит. Ты отблагодарил женщину-айболита?

– Да. Что у тебя украли, Арин? – смотрит на мои непривычно «голые» руки.

Я ещё разок рассеянно себя оглядываю. Трогаю мочки ушей, касаюсь шеи.

– Серьги, кольца, отцовские ролексы, цепочку с кулоном, – озвучиваю расстроенно. – Только браслет твой остался. Не смогли расстегнуть, ты же знаешь, он мне впритык.

Мы с Захаром пересекаемся взглядами. Он опять косится на мою шею и мрачнеет с каждой секундой всё больше.

– Сумка ещё была, телефон, – продолжаю я.

– Телефон на асфальте лежал, – достаёт его из кармана и кладёт рядом со мной.

– А чё его брать? Кирпич. Там же распознавание лица и отпечаток пальца, – умничает Женя.

– Твой отец звонил и он едет сюда, – сообщает «чудесную» новость Троицкий.

– Что? – в ужасе распахиваю глаза. – Ты зачем ему сказал, что я здесь?