Поздно. Как минимум, добрая половина класса, стараниями двух идиотов, уже успела обратиться с этим странным запросом к вездесущему гуглу. В связи с чем по кабинету волной прошлись «фу» и «бе».

— Вас понесло не в ту степь, господа! — стучит по столу Волчек. — Просветились и достаточно. Касаемо его смерти… Существует множество различных версий. Назовите официальную.

— Преклонный возраст, болезнь.

— На том и остановимся. Роман, ваш черед…

— К слову о психике, поговаривают, что Иван Грозный был душевнобольным, — вмешиваюсь я.

— И снова вернемся к препаратам на основе ртути, — Кучерявый Ян опять вступает со мной в диалог. — Передозировка приводит к тяжелой интоксикации. Хроническое отравление ртутью бьет в первую очередь по нервной системе. Больной становится подозрительным и неадекватным. Он испытывает частые, необъяснимые приступы гнева и ярости. Все эти симптомы присутствовали в поведении Ивана Грозного.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Умник блин.

— Итак, мой факт, — торжественно объявляет Беркутов, — Иван Грозный тайно укокошивал своих жен, когда они ему надоедали, а потом прикидывался дурачком.

— Чушь.

— А я думаю, что правда.

— Официально считается, что всего у Грозного было шесть жен.

— Не шесть, а восемь.

— И несколько десятков наложниц.

— Вот это я понимаю, чел устроился, — Бондаренко присвистывает и одобрительно кивает, за что получает косой взгляд от своей дамы.

— Жениться он любил, но вряд ли сам отправлял своих женщин в мир иной. Тогда вообще многие умирали банально из-за отсутствия качественной медицины.

— Достойное предположение, Александра, — соглашается со мной Олег Юрьевич.

— Первая жена, Анастасия, умерла по неизвестным причинам. Марфу Собакину отравили, Василису Мелентьеву закопали заживо, а Марию Долгорукую утопили, — настаивает на своем Беркутов.

— Слухи-слухи…

— Тут написано, что ее утопили за то, что она до него успела с кем-то гульнуть.

— Пилюгин, ты бы что-нибудь полезное в интернете почитал! — вздыхаю, наблюдая за кретином.

— Так убивал он их или нет? — даже взъерошенный Карпов заинтересовался происходящим, проснувшись под конец урока.

Личная жизнь царя вызывает жаркую дискуссию. Споры не утихают до самого звонка, а кто-то даже на перемену задерживается. Я вот задерживаться не могу, прощаюсь с Аленкой и на всех парах несусь в гардеробную. Время поджимает, а у меня в музыкалке сегодня репетишн и конкурс.

В машине водитель передает мне заботливо приготовленный мамой обед, который я закидываю в себя по пути до музыкальной школы.

Грудка, тушеные овощи. Зеленый чай с антиоксидантами. Но на безрыбье, как говорится, и рак рыба.

Пятнадцатью минутами позже, попрощавшись с Глебом, закрываю дверь камри и взбегаю по ступенькам, на ходу стаскивая с себя пальто.

Ненавижу торопиться! Однако последние лет семь только и делаю, что нахожусь в режиме вечной гонки…

*********

— Ты чудесно спела! — родительница расцеловывает меня в обе щеки и крепко прижимает к себе, обнимая за плечи.

— Думаешь?

— Даже не сомневайся! Ты была лучшей! — умело рассыпается в комплиментах. — Правда же, Паш?

Отец кивает, продолжая при этом кому-то названивать. Что поделать, такая работа у подполковника Харитонова. Всегда нужно быть на связи.

— Следующий этап вокального конкурса состоится в апреле.

— Хорошо, — мама не перестает широко улыбаться. — Только пожалуйста, сообщите число заранее. У нас очень плотный график. Сами понимаете, выпускной класс…

— Кстати об этом, вам определенно стоит рассмотреть для дальнейшего обучения Гнесинку^[11]. Эстрадный вокал. Я настаиваю. Девочка очень талантлива! — Нарине Саркисовна абсолютно неожиданно принимается меня хвалить.

Обалдеть! Гнесинка!

Я с надеждой смотрю на мать. Ей прекрасно известно о том, что я хотела бы заниматься музыкой.

— Александра поступает в университет МВД, — безапелляционным тоном отрезает отец.

— Но Павел Петрович, — возмущенно округляет глаза Нарине Саркисовна. — Саша — человек искусства. Не кажется ли вам, что стоит обратить внимание на те данные, которыми она обладает?

— Не кажется.

— Ей же сам Бог петь велел!

— Пусть поет. Забавы ради. А к выбору будущей профессии мы подойдем максимально ответственно. Певичку кабацкую сделать из нее хотите? Этого не будет! — нахмурив широкие брови, сердится он.

— Ну зачем же вы так…

Дальше я уже не слушаю. Итак знаю, чем все закончится. Нарине Саркисовна предпримет попытку достучаться до папы, а тот, в свою очередь, эту самую попытку проигнорирует. Поскольку считает, что музыкант — это худшая из возможных профессий.