— Я старательно скрывала наши отношения, — пожимаю плечом. — Выбрасывала цветы, которые он дарил. Прятала подарки. Врала вам, что проводила время с подругами, а сама…

— Сашенька… Я… у меня просто слов нет. Я, конечно, видела, что с тобой что-то происходит, но была уверена: дело в Алеше Бондаренко. Безответная любовь и все такое.

Усмехаюсь. Возвращаюсь мыслями в тот период.

Алеша.

Как же давно это было.

Какой дурой я была!

— Сначала я и правда по нему страдала. Потом поняла, что надо действовать. Взяла инициативу в свои руки. Призналась Леше в своих чувствах, и он в ответ закрутил со мной роман. Поцелуи, эсэмэски, тайные встречи. Обещал мне одно, но по итогу так и не расстался со своей девушкой. Мутил с нами обеими в параллель, — рассказываю я ей зачем-то.

— Бессовестный! Какой кошмар! Не даром, жизнь его наказала, — заслушавшись, она не сразу реагирует на зеленый. Нам, естественно, сигналят стоящие позади машины.

— Поехали мам.

— Угу, — она поддает газку. — И что же было дальше?

— А дальше в моей жизни случился Илья, — тяжело вздыхаю и отворачиваюсь к окну. — И как отшептало от Леши. Сразу.

— Сколько красавчику лет?

— Красавчик старше меня на три года.

— И почему ты скрывала этого парня от нас с папой?

Серьезно? Она еще и спрашивает?

— А то ты не понимаешь! — раздраженно складываю руки на груди. — Вы бы не приняли мой выбор. По ряду причин.

— Получается… что моя дочь ничем со мной не делилась, — произносит она с горечью.

— Я не могла рисковать своим счастьем, — опрометчиво вылетает из моего рта. — Вы бы меня под домашний арест посадили. Минимум до конца жизни.

— Постой. И где же вы познакомились? — сворачивает в сторону универа.

— В Бобрино, — выдаю, как есть. — Он раньше ухаживал за Аленкой Лисицыной.

— На деревенского парня твой Илья ну совсем не похож, — выражает сомнение.

— Угу. Никогда и не был похож, — подтверждаю, кивая. — А сейчас так особенно…

— Я под впечатлением, если честно.

Еще бы.

Внешность. Деньги. Статус. Все при нем.

— Знаешь, раньше Илья очень переживал на тему того, что мы разные. Столичная принцесса и простой парень из глубинки. Было время, когда он считал себя недостойным меня и всячески пытался доказать обратное… Забавно. Теперь, похоже, недостойной стала я.

— Не надо так, Саш, — она включает поворотник и притормаживает у знакомой аллеи. Барабанит по рулю маникюром, о чем-то думает.

— Мам…

— Я тут вспомнила один эпизод… — поворачивается ко мне.

Напрягаюсь всем телом.

— Ты от Марии Семеновны тогда приехала после праздничных выходных. Взволнованная и нервная. Побежала в ванную с рюкзаком…

Ага. Мне нужно было срочно затолкать в стиралку испачканное кровью постельное белье.

— Ты…

Уши и лицо начинают люто гореть. В секунды заливаюсь краской смущения, встречая ее пытливый взгляд.

Разрываю зрительный контакт первой.

До ужаса стыдно, блин.

— Он стал твоим первым мужчиной?

— Да.

Какой уже смысл врать?

Родительница шумно выдыхает и с минуту молчит. Видимо, принимает услышанное.

— Прости.

— За что ты извиняешься, Саша? — ее ладонь ложится на мое плечо. — Не устояла, бывает.

— Хуже, — тяну носом необходимый легким кислород.

— В каком смысле? — испуганно цепляется за мою ладонь.

— Я сама его в ту ночь спровоцировала. Что-то такое необъяснимое почувствовала. Незнакомое. Особенное. Будоражащее. Все в нем нравилось до одури: запах, тело, энергетика, мужественность, сила. Какое-то обоюдное притяжение случилось…

Мама явно с меня в ауте, однако вида не подает. Всеми силами стойко держится.

— Позже он переехал в Москву, нашел меня, и мы начали встречаться.

— Из-за чего же вы расстались?

Не могу выложить правду. Нет.

— Наши… взгляды на некоторые вещи не совпадают, — отвечаю завуалированно.

— Но ты по-прежнему его любишь? Все твои песни о нем, да? — спрашивает мягко.

— Вот и этот идиот с чего-то так решил! — возмущаюсь, принимая протянутый ею носовой платок.

Она по какой-то причине улыбается.

— Как бы там ни было, могу сказать одно: между вами пожарище, Саш. Он так на тебя смотрит…

Из моих уст вырывается еще один мучительно-тяжкий вздох. Чего мне стоило выдержать эту встречу — один Боженька знает.

— Регина в курсе всего этого, да?

Она вдруг плакать начинает.

— Мам. Прости, пожалуйста, мам, — повторяю в панике. — За то, что врала и…