Диана вспомнила, что Доменико ей об этом рассказывал, но все равно была потрясена. Мало того, что она впервые в жизни видела такую архитектуру, она никогда не бывала в городах, стоящих на воде. Но как он не тонет? Такие постройки являются уникальными.

Пришлось оставить кареты на попечение нескольких рыцарей и отправиться со служанками вплавь на гондоле.

Пожалуй, это самое незабываемое передвижение по воде: сидишь в маленькой лодочке, слушаешь, как поет гондольер, любуешься местной архитектурой и вдыхаешь влажный воздух. Диана пригибала голову, когда они проплывали под мостом, а сама думала: как бы прогуляться по нему? Они плыли посередине канала, а она смотрела по сторонам, отмечая про себя улочки, по которым хотела пройтись. Людей на сухой части города находилось много, карнавал еще только начинался, а кое-кто уже гулял в костюмах.

– Очень бы хотелось прогуляться по вечерней Венеции, но здесь передвигаются только по воде?

– Только на гондолах, и каждый раз гондольеру надо платить, – улыбнулась Реджина. – В Венеции пользуются популярностью гондолы, а у нас лошади.

– Плыть на гондолах очень романтично, – тихо прошептала Диана и взглянула на людей на очередном мосту: здесь находились короли и королевы, ангелы и демоны, горожанки и мельники, доярки и купцы. Лица всех этих людей скрывались за белыми масками, которые тоже являлись произведением искусства: у одних маски были грустными, уголки их губ были слегка опущены; у кого-то маски улыбались, и так хотелось улыбнуться в ответ!

– Я полностью согласна насчет романтики. – Реджина с нежностью посмотрела на Филлипо, поймав на себе точно такой же нежный взгляд мужа. – Но не во время карнавала.

– Почему? – тут же отвлеклась Диана.

– Разве ты не знаешь? Все пошло с древности, карнавалы устраивали для того, чтобы побыть в роли другого. Например, богатые дамы переодевались в наряды куртизанок, а бедные, напротив, на одну ночь становились госпожами. И такими ночами творилась неразбериха, везде была ложь, кутеж и разгул. Часто замужние леди, переодетые в платья бедных горожанок, отдавались мужчинам прямо на улице.

Диана даже ахнула и слегка отпрянула.

– Замужние? – Она вспомнила слова Его Светлости о маскараде, он сказал так же. Это было отвратительно и… Хотелось посмотреть и на такую жизнь венецианских людей.

– Приплыли! – скомандовал гондольер, и тут же возле Дианы оказалась чья-то рука. Она подняла глаза и улыбнулась:

– Милорд Доменико.

Гости приплыли сразу к воротам дворца Фоскари, где слуги уже открыли большие деревянные двери, впуская их внутрь. Доменико шел рядом с Дианой, показывая ей прелестный сад.

– Как вы поняли, город стоит на воде, но тем не менее мы очень ценим зеленые сады. Здесь он самый большой, но проигрывает по красоте тому, где были мы с вами в Милане.

Доменико взглянул на нее, и Диана слегка смутилась. Он вспомнил тот день в саду, а ведь она тоже не так давно его вспоминала. Хоть бы сзади идущие Реджина и Филлипо не слышали эти слова!

Территория дворца была небольшой по сравнению с замком в Милане, ей просто неоткуда было взяться, повсюду была вода. Пока они шли, Диана сравнивала Миланский замок и этот дворец. Ей не терпелось заглянуть внутрь.

– Я очарована, – произнесла она, слегка щурясь от яркого солнца.

– Вы еще не видели всего. Но думаю, что больше вас очарует сам бал в честь карнавала. Он состоится завтра и будет длиться до утра. А уже сегодня начинается карнавал в городе. Если хотите, то я могу сопровождать вас в город после ужина.

– Спасибо, я подумаю. Долгая дорога меня изрядно утомила, возможно, я усну, чтобы восстановить силы для бала, – засмеялась герцогиня, наблюдая ответную улыбку Доменико.

Он красивый мужчина, высокий, стройный, умеющий вести беседу, деликатный и харизматичный – мечта любой девушки. И если бы ее отец однажды спас его отца и тот в благодарность подарил бы титул жены сына венецианского дожа, то Диана была бы рада. Потому что Доменико открытый и добрый, с ним хочется гулять по саду, хочется разговаривать и улыбаться.

Против воли вспоминалась прогулка на лошадях со Стефано Висконти. Даже в тот, казалось бы, прекрасный момент он все испортил. С ним невозможно было говорить о погоде или саде.

Почему?

Потому что он зол на нее из-за брака? Он так же не хотел жениться, как она выходить замуж. И теперь они оба вынуждены терпеть друг друга всю жизнь.

– Доменико, было ли послано приглашение моему мужу?

Этот вопрос ее волновал с той самой минуты, как она вскрыла конверт. И она имеет право знать, ведь дело касалось ее мужа.

– Конечно, Ваша Светлость, – тут же Доменико перешел на светский тон, – я отослал приглашение в Павию, но герцог уехал в Форли. Приглашение ему передал мой гонец лично.

– Спасибо, – кивнула Диана, – а был ли ответ?