— Тогда я хочу Камиллу и Фрэнка. — Нужны были свидетели, чтобы доктор не продолжил начатое его боссом.

— Хорошо, — кивнул он, чем сильно ее удивил. Возможно, в его планы не входило убийство. — Я их позову. Но перед этим хочу поговорить с тобой один на один.

Джексон присел рядом с Дианой, от чего девушка поежилась и попыталась отстраниться. Но бежать было некуда.

— Я просто задам тебе несколько вопросов, не более.

Он говорил это тихим спокойным голосом, и хотя в ее голове все гудело, голос странно успокаивал.

— Диана, ты помнишь, как ты оказалась здесь?

Она ничего не помнила, пальцем коснулась виска, нахмурив брови:

— Я помню, что я переходила дорогу. Мы шли гулять в парк.

Харт удовлетворенно кивнул, но продолжил допрос:

— Хорошо. Очень хорошо, что ты это помнишь. Ты ударилась головой об асфальт, когда кинулась под колеса машины. Диана, ты помнишь тот момент? Зачем ты это сделала?

Девушка опустила руку и перевела удивленный взгляд на врача: она кинулась под машину? Может, машина сама наехала на нее?

— Я не помню, чтобы я кидалась под колеса, я же не самоубийца.

Но она помнила голос Мэта, он звал ее по имени. Да, это она помнила. Господи! Она сходила с ума! Мэт умер! Она не могла слышать его голос.

— Я не считаю тебя самоубийцей, просто хочу выяснить, зачем ты это сделала?

Что он ждет? Что она скажет, что Стефано Висконти заставил ее убить Мэта, а она уже почти два месяца видит того в страшных снах?.. А теперь и в реальной жизни? Знает ли Харт, что случилось на свалке? Конечно, знает! Кому он звонил только что по телефону?

— Кому вы звонили?

— Никому, — он пожал плечами, — я разговаривал с медсестрой.

В таком случае она точно сходит с ума. Теперь ей кажется, что за ней везде следят. Хотя… Она не выходила из дома столько времени… Потому что боялась именно слежки.

— Я не знаю, как получилось, что машина наехала на меня. Я ее не заметила.

— Камилла сказала, что ты была как будто дезориентирована в пространстве. У тебя закружилась голова?

Она не помнила тот момент, возможно, закружилась. Она не помнила, чтобы кидалась под колеса. Она просто слышала голос. Но Харту этого знать не надо.

— Да, — кивнула девушка, — именно.

— Тогда это многое объясняет, — выдохнул Джексон, и Диана поняла, что он боялся другого ответа. — Диана, у меня для тебя две новости. И я хочу сообщить тебе их до того, как твои друзья зайдут сюда.

В его голосе появились нотки беспокойства, от чего девушка тоже занервничала:

— Так говорите!

— Хорошо. Хорошая новость, — он улыбнулся, — я боялся гематомы в мозгу от удара, но, к счастью, ее нет. Это лишь небольшое сотрясение. Тебе крупно повезло, что скорость у машины была крайне мала, она только начинала движение. И вторая новость…

Пока он рылся в своих бумагах, Диана успела порадоваться, что с мозгом у нее все хорошо, но протянутый им снимок УЗИ заставил затаить дыхание… Диана смотрела на черно-белую фотографию, боясь понять, что она видит. Сердце забилось быстрее… Дыхание резко стало частым, кровь хлынула по всему организму. Господи! Она боялась взять в руки этот тонкий лист бумаги, опасаясь, что он станет тяжелой ношей… Нет! Диана перевела шокированный взгляд на Харта в ожидании его диагноза.

— Ты беременна. Ты знала об этом?

Эти слова она запомнит на всю жизнь! Слова, от которых хотелось вскочить с кровати, закрыть уши руками и никогда их не слышать! Нет! Жизнь не может сыграть с ней такую злую шутку.

— Нет, — дрожащим голосом произнесла она, почувствовав, как глаза наполняются слезами.

— Срок уже довольно большой, Диана. Ты пропустила два, а то и три цикла. Ты не заметила?

Ее начало знобить, воздуха не хватало. Доктор протянул ей стакан с водой, но Диана лишь мотнула головой.

— Нет. — А что она помнила вообще за последние два месяца? Или три? Три? — Этого не может быть! Я пила противозачаточные таблетки! Целую неделю… — И разревелась, понимая, какую ошибку она совершила. — Врач сказал, что их можно начать в любой день…

— Когда это было?

— Накануне открытия клуба…

— Диана, на тот момент ты уже была беременна.

Она смотрела на врача затуманенным взглядом. Его голос смешался с той болью, что поселилась в ее голове. Она беременна! Ее резко затошнило. Опять… Сколько раз ее тошнило, но она переводила все на нервы.

Ее пальцы коснулись снимка УЗИ, хотелось знать точно, что это не шутка. И увидев нечеткие очертания плода, поняла — жизнь суровее, чем она думала.

— Как он? — Этот вопрос она произнесла сухо. Это ребенок Стефано Висконти. Она ненавидела его отца. Она не могла сейчас так сразу полюбить его ребенка.

— С ним все хорошо, — кивнул Харт, — срок большой, скоро ты почувствуешь шевеление.

Сообщил ли он своему боссу о ее беременности? Диана тут же перевела на него взгляд:

— Даже не думайте ему об этом говорить! Его это никак не касается!