Что касалось оставшихся представителей Санта, был негласный договор между сторонами: никаких посторонних вмешательств с обоих сторон. Сидерно будут участвовать в годовых съездах и продолжают транспортировать товар из Джоя-Тауро, без отчисления процента за собственную выручку. Главы совета одобрили Валерио на должность младшего босса под управлением Франческо Барбаро.

Натале Ямонте ранее высказался о том, изменение глобального масштаба пошевелили мысли как старых, так и молодых боссов. Мафия еще очень долго будет говорить.

«Сидерно правили не законы, а семья. Когда-то названые братья построили отдельное государство, завладев целой страной».

– До сих пор не могу поверить, что Рензо был твоим живым секретом, – поднимаясь по лестнице в дом Ясмины, держа за руку Эйми.

– Такой же неожиданный сюрприз, как Валерио, – парировал муж, пропуская вперед открыв дверь.

Эйми убежала в сторону зала, откуда доносилась музыка. Через несколько секунд радостные возгласы Ясмины и детский смех заглушили музыку.

– Валерио надежный вариант для Калабрии. Санта будут продолжать существовать, но выигрыш всегда будет в пользу проверенного человека. Теодоро нужно некоторое время, чтобы расположить к себе других боссов.

Санта являлась главным порядком над главными боссами локале. Вскоре могут появиться новые члены круглого стола, если Vangelo посчитают необходимым. Больше всего я боялась новых заговоров.

– Скорее, чтобы ты могла контролировать безопасность, – усмехнулся Кристиано.

Это не было сказано в упрек, лишь напоминание, что я слишком беспокоюсь.

– В связи с последними событиями. Я не могу доверять Франческо Барбаро, – перейдя на шепот, когда мы зашли в дом. – Теодоро хочет получить должность босса. Я вижу, как он горит желанием вернуться на родину.

– Moname, он достаточно рационален в выборе своих целей, – Кристиано остановил меня, заглядывая в глаза.

– Знаю, – выдохнула я, кратко взглянув на лестницу. – Просто… мысли о том, что кто-то может снова пострадать, не покидают голову.

Кристиано нежно заправил прядь моих волос за ухо. Другая рука коснулась запястья.

– Никто не пострадает, – он был убедителен. – Твой пульс. Должен ли я напоминать о том, что мы ранее обсуждали? – карие глаза почернели, источая недовольство.

– Накажешь меня? – склоняя голову в игривой манере.

Кристиано развернул меня в направлении зала, теплое дыхание возле уха вызвало легкое возбуждение.

– С удовольствием, миссис Ринальди, – прошептал Кристиано, шлепнув по заднице.

Удовлетворительно улыбнувшись, направляясь вверх к лестнице на второй этаж. Комната Теодоро была недалеко от нашей, дверь была приоткрыта, когда я появилась в проходе.

– Готов встречать палящее солнце? – сложив руки на груди, наблюдая, как брат складывает вещи в чемодан.

– Жди фотографий с нашего пляжа, – кузен поднялся, он казался счастливым.

– Скорее из клубов, которые ты никогда не пропускаешь.

– Итальянки самые горячие, – потирал руки на уровне груди.

Закидывая руку на мои плечи, он целует меня в макушку.

– Надеюсь, у тебя будет куча дел, чтобы ты не отвлекался на женщин, – отталкивая кузена, пробираясь к кровати.

Если бы я не знала своего кузена, то могла бы уверенно сказать: он в порядке. Теодоро всегда прятал от меня внутренние переживания, чаще всего мы просто молчали в присутствии друг друга.

Когда он узнал о предательстве родителей, переехал в Канаду. Я чувствовала, как ему некомфортно. Видела, как горели его цели. Но он продолжал стискивать зубы, работая с Вито, выполняя поручения Кристиано.

Как-то раз он проболтался, сказав, что хотел бы убить своего отца. Действительно ли он мог?

– Ты будешь счастлив в Калабрии? – подпрыгивая на матрасе, задала я вопрос.

– Не уверен насчет счастья, но то, что мне придется меньше видеться с Антонио и Кристиано. Это сойдет за счастье? – брат улыбнулся, зная, как я ненавижу их распри.

– Я о твоих родителях, Тео.

Лицо кузена нахмурилось, он сел рядом со мной.

– Витэлия, если есть шанс все исправить. Я сделаю это. Мои родители наделали множество ошибок, но я последний Конделло, что еще сможет спасти фамилию.

– Живи своей жизнью. Тебе не нужно ничего исправлять, – взяв брата за руку, напоминая, что мы все еще семья.

– Не уверен, что смогу воспринимать их, как прежде, Витэлия. Хотел бы понять, но не получится. Мне не десять, чтобы я нуждался в родительской опеке. Франческо хороший босс, у нас есть определенные договоренности, и пока я буду придерживаться этого.

Тут я задумалась, что, возможно, поспешила, решая за других людей, что им будет лучше. Неужели все снова испорчено?

– Но это помогло Розабелле. Она все еще их младшая дочка, – Тео потрепал меня за щеку, как маленького ребенка, чтобы вывести из грустных мыслей. – Как твоя жемчужинка?

– О, надеюсь, комфортно, – приложив руки к животу. – В ожидании, когда начнет шевелиться.

– Начни быть счастливой, Витэлия. Не ради кого-то, ради себя. Ты же прекрасно понимаешь, что счастье слишком коротко. В особенности для нас.