Губы складываются в маленькую букву «О», она быстро выдыхает, как будто хочет задуть простую свечу. Лед трескается, глаза членов Министерства расширяются, а затем он ломается, и все, кто на нем был, падают в ледяную лавину.

Магдалена прерывает их падение, превращая лед в волну, скользящую по его поверхности.

Один прыгает вперед, широко раскрыв глаза, переводя взгляд с нас на Министерство.

‒ Что, черт возьми, это такое? ‒ рявкает он.

Его следующие слова прерываются, поскольку Маг воздвигает барьер, дергая его назад, а затем начинаются боевые кличи.

Йемон все еще действует, и небо начинает кровоточить, искажая наше зрение, как раз в тот момент, когда в грозовых облаках появляется разрыв.

‒ Найт! ‒ я резко оборачиваюсь, облегчение захлестывает, когда я замечаю Сильвера, Висенте и еще нескольких королевских гвардейцев, прорезающих туман, и перепрыгивающих через стены стадиона.

Они подбегают, подтянутые и готовые, кланяясь и прижимая кулаки к груди.

Аргенты приходят в ярость, бросая слабые заклинания в щит, который Лондон держит крепко, но она не позволяет им попасть в ее непробиваемый ледяной покров. Она отбрасывает их легким движением запястья и ухмыляется, отправляя обратно тому, кто прислал их нам.

‒ Это могли быть их теневые я… ‒ упоминает Сильвер, глядя на своего отца, смотрящего на меня.

‒ Мы убьем их всех, ‒ командующий нашей армией произносит единственные слова, которые стоит произнести, те, которые, как он уже знает, мы пришли сюда подготовленными забрать их жизни. ‒ Где Королева?

‒ Я здесь!

Мы все резко оборачиваемся, наблюдая, как мама выскальзывает из портала, ее длинные черные волосы развеваются на ветру, платье порвано и покрыто грязью.

Мои глаза сужаются, но когда раздается низкое рычание, я смотрю на свою пару.

Чернота в ее венах искрится на коже, а губы изгибаются.

‒ Сегодня мы сражаемся вместе, ‒ мать сердито смотрит на нее. ‒ За наш народ. Ради… твоего королевства.

Тело Лондон начинает трясти, но прежде чем кто-либо еще успевает сказать хоть слово, Висенте подходит к ней.

Он закрывает мою мать от глаз Лондон, и командир обнажает шею перед девушкой.

‒ Она наша королева… сегодня, миледи. Завтра мы поприветствуем новую.

Он удерживает ее взгляд.

Губы Лондон медленно изгибаются, и она едва заметно кивает.

‒ Давайте покончим с этим, ‒ мама просто поднимает подбородок, а затем опускает руки, ее глаза светятся белым, когда в воздухе порхают бело-голубые нити. ‒ Опусти щит.

‒ Послушайте, леди, она, блядь, не отвечает на… ‒ слова Хайде обрываются, Ледженд зажимает ей рот рукой.

‒ Тише, новенькая, ‒ предупреждает он, и Хайде глубоко вонзает ногти в его кожу.

‒ Сучка, ‒ шипит он ей.

Лондон смотрит на меня, ожидая одобрения, и я киваю.

Щит падает, и мать направляет свою силу на Аргентов в полную мощь.

Но Лондон вскидывает правую руку, превращая в дождь, а затем поднимает левую.

Я не знаю, какого хрена она делает, но грудь Аргентов одна за другой вспарывается от шеи до пупка, сердца падают в грязь к их ногам, прежде чем тела успевают осознать, что произошло.

Хайде смеется, вращая пальцами, и блестки кружатся, медленно осыпаясь на всех, сияя на багровом фоне.

‒ Такая красота, ‒ вздыхает она.

‒ Гребаная психичка, клянусь, ‒ бормочет Ледженд.

Агро сердито кричит, и затем все ворота открываются, Аргенты окружают нас со всех сторон. Сотни из них врываются внутрь.

‒ Тебе, должно быть, нравится смотреть, как умирают твои люди, Фейри.

Я бросаюсь вперед, хватаю одного из них за горло и отрываю голову, бросая к его ногам, когда наклоняюсь, выбивая ноги из-под другого. Он падает на землю, и Крид упирается ногами ему в спину, выдергивая руки из суставов, прежде чем кулак вонзается ему в спину и вырывает позвоночник.

Магдалена воет от ярости, а потом я оказываюсь на краю обрыва, черная смола в тысячах футов внизу.

Звучит смешок Синнера, а затем он затихает, и я смотрю на него, чьи белые глаза блестят, когда он смотрит на нее с усмешкой.

Она дрожит, съеживается, и я понятия не имею, что он ей показывает, но мне все равно.

Я продолжаю двигаться в сторону Агро, проверяя свою пару после каждых нескольких Аргентов, что разрываю по пути.

Они с Хайде смеются, играя в «предателей Аргентов», как в человеческую, в которой нас заставили участвовать в универе Рата. Похожей на «Вышибалу». Лондон бросает одного, и Хайде подпрыгивает на двадцать футов в воздух, чтобы увернуться. Хайде отправляет другого в полет, а Лондон притворяется балериной, вращаясь и поднимая руки, создавая круг, достаточный для того, чтобы тело могло проскользнуть сквозь.

‒ Я победила! ‒ Хайде торжествующе кричит, поворачивается и вонзает кинжал в шею девушки, что подкралась к ней сзади.