Выдавливаю увлажняющий крем на ладонь и втираю его в лицо. Быстро надев серые спортивные шорты и серый топ, вытираю полотенцем волосы и бросаю его в корзину, открывая дверь в нашу комнату. Меня встречает свежий воздух, и по моей коже пробегают мурашки.

― Привет! ― Лейла садится на свою кровать. ― Ты в порядке?

― Отлично, ― стаскивая покрывало, ворчу я.

― Это из-за Мэддокса и Таши?

― Та-та-что дальше? ― я знаю, кого она имеет в виду, но прямо сейчас действительно не хочу с ней об этом говорить.

― Эми, ― вздыхает Лейла.

― Нет, это не так. Мне просто нужно было выбраться ненадолго, ― моя голова касается подушки, одеяло медленно падает на мои голые ноги.

― Хорошо, ― Лейла зевает, выключая свою ночную лампу. ― Эми?

Ну вот она снова.

― Что?

― Тебе не следует спать с влажными волосами.

***

― Мам, тебе нужно сложить все старые книги в одной стороне и дальше по порядку. Это становится смешно.

― Милая, твое обсессивно-компульсивное расстройство в последнее время работает сверхурочно. Ты уверена, что ты в порядке? ― спрашивает она, протягивая мне пластиковый стаканчик кофе.

Я кладу старый, но не оригинальный экземпляр «Великого Гэтсби» на маленький стол, что стоит перед изношенным диваном. И дую на кофе.

― Мое ОКР в порядке.

Мама бросает на меня такой взгляд, каким смотрит всегда, когда знает, что я лгу.

― А как колледж?

― В колледже все прекрасно, мам, ― я делаю маленький глоток, обжигая верхнюю губу. ― Еще какие-нибудь вопросы?

Она медленно качает головой.

― Думаю, нет.

Я остаюсь на остаток дня и помогаю ей. Мамин книжный магазинчик ― городской и безопасный. Скучаю по этому месту. Здесь почти так же комфортно, как и на хафпайпе. Шторы бордового цвета, что висят на переднем окне, и кожаные кресла, от старости у которых на подлокотниках появились морщины. Это дом для меня.

Я проверяю время на часах.

― Уже почти шесть. Мы были здесь весь день, ― я опираюсь на стойку, когда мама достает из кассы деньги и упаковывает их.

― У нас был хороший день. Я скучала по этому, ― говорит она, потирая мою руку. ― Ты знаешь, тебе всегда будут рады в нашем доме. Сейчас это и твой дом.

Оттолкнувшись от прилавка, я лезу под кассу за своей сумочкой.

― Спасибо, мама, но я так не думаю.

― Милая, я знаю, что ты не особо счастлива по…

Я перебиваю ее.

― Нет, это не так, мам. Я имею в виду, у вас с Эллиотом есть история, и понимаю это. Это просто… не знаю. Мне нужна минутка.

Ее глаза смягчаются.

― Хорошо, дорогая. Я могу дать тебе минутку.

― Не хочешь перекусить, прежде чем отправимся домой? ― спрашиваю я, из сумочки доставая ключи.

Она лучезарно улыбается.

― Да. Я умираю с голоду.

― МНЕ КАЖЕТСЯ, Я ЭТОГО НЕ ПОНИМАЮ, ― говорю я, закручивая волосы в пучок на макушке.

― Не понимаешь чего? ― спрашивает Лейла из ванной. Она собирается пойти гулять, а я остаюсь, чтобы закончить домашнее задание. История моей жизни ― как обычно.

Вытаскиваю ручку изо рта.

― Как вам с Вульфом получается так легко справляться с вашим соглашением? И ты видела Тэлона и его девушку? Свободные отношения? Это безумие. Вы все безумцы. Я клянусь, если когда-нибудь буду в отношениях, то буду носить с собой ножи.

― Что действительно безумно, так это то, что ты носишь ткань для спортивных штанов в качестве топика. То есть… это вообще непозволительно.

― Ты можешь уходить! ― я машу пальцами в сторону двери. ― Ты отлично выглядишь, Лей. Повеселись.

Так и есть. На ней маленькое белое платье и ботинки выше колена. Не то, чтобы я надела ― но она всегда выглядит фантастически.

Как только дверь закрывается, я возвращаю свое внимание к заданию. Мне всегда было легко писать. Это единственное ― кроме катания на скейте ― в чем я действительно хороша. Собираюсь начать писать основные факты, когда в дверь стучат.

Закатив глаза, я направляюсь к ней.

― Только не говори, что ты забы… ― я останавливаюсь, когда вижу, что там стоит не Лейла, а Мэддокс. ― Привет?

Он скользит взглядом по моему телу вниз, впитывая образ.

― Милая одежда.

― Спасибо, ― я скрещиваю руки на груди. ― Как дела?

― Ты позволишь мне войти? ― спрашивает он, изгибая губы в ухмылке.

Мы не виделись и не разговаривали с того дня в кафетерии.

― Зачем? ― с подозрением спрашиваю я.

― Мне нужен какой-нибудь повод? Черт. Если бы я знал, что тебе понадобится повод, то по дороге сюда придумал какую-нибудь ерунду.

Я собираюсь закрыть перед ним дверь.

― Спокойной ночи, Мэддокс.