— Здесь ты ошибаешься, — бесстрастно шепчет Кали. Прежде чем подойти к ней, я бросаю жирного чувака на землю.

— Что ты имеешь в виду, говоря, что я не прав, детка? — обхватываю ее за шею и притягиваю к себе.

Она отстраняется от меня.

— Это еще не конец, Эд. Я уже никогда не буду прежней. Мужчины касались меня в тех местах, в которых я хотела, чтобы меня касался только ты, — она вытирает слезы, которые капают из ее глаз, и моя грудь сжимается от эмоций в ее голосе и слов, слетающих с ее губ. — Я никогда не буду прежней. Ненавижу тебя, Эд Никсон. Ненавижу так сильно, что никогда больше не хочу видеть твое лицо.

Кали встает с того места, где сидит, оборачивает толстовку вокруг Алэйны и целует ее в голову. Она убирает волосы Алэйны со лба, пристально глядя ей в глаза.

— Я люблю тебя, детка. Мне очень жаль.

Она встает и направляется к двери.

— Кали! — требую я, и она останавливается, резко поворачивая голову ко мне.

— В чем дело, Эд?

Я стою неподвижно. Мои мысли несутся со скоростью сто километров в час — я так много хочу ей сказать. Хочу упасть на гребаные колени, как маленькая сучка, и умолять ее остаться со мной, пообещать ей, что положу мир к ее ногам и буду баловать ее всем, чего она захочет, пока мы оба будем жить. Но я не могу. Я, бл*ть, не могу, просить эту девушку остаться со мной, когда она права. Это все моя вина. Она заслуживает большего, кого-то, кто не является частью этой жизни, и я не могу дать ей этого. Я никогда не смогу дать ей этого, потому что не просто живу с этими демонами каждый день, эти ублюдки танцуют со мной во сне.

— Какие-нибудь последние слова этому жирному ублюдку? — спрашиваю я, снимая толстовку и передавая ей, чтобы она ее надела.

Поднимаю на нее глаза и пытаюсь запомнить каждую ее черту. Я люблю ее так чертовски сильно, и именно поэтому мне нужно отпустить ее. Больше я никогда никого не полюблю. До нее никого не было, и после нее уж точно не будет. В моем сердце всегда будет место для Кали. Это место всегда будет неприкосновенным, и пусть Бог спасет душу того, кто попытается снова прикоснуться к этому месту. Она стягивает через голову мою толстовку.

— Убей его медленно, — бормочет Кали, прежде чем выйти из этой комнаты и моей жизни.

Такое ощущение, что моя челюсть сейчас треснет от того, с какой силой я ее сжимаю, и когда я смотрю на Чеда и Алэйну, я вижу жалость в их глазах.

— Не надо, бл*ть смотреть на меня так!

Через дверь врывается Зейн и бросает взгляд на Алэйну, его глаза становятся стальными и он тяжело сглатывает.

— Детка? — шепчет он с нескрываемым волнением. Алэйна разражается слезами, бросаясь в объятия Зейна. Я смотрю вниз на жирного говнюка, сидящего на земле, и сжимаю его руки за спиной. Зейн ставит Алэйну на землю и подходит ко мне.

— Этот урод прикасался к тебе, Лэйн? — спрашивает он, не сводя глаз с мужчины на полу.

Она кивает.

— Да, но главным образом тот, что моложе.

Входит Харви, волоча за собой тощего молодого парня.

— Этот? — спрашивает он Алэйну. Девушка кивает.

— Да, он также прикасался к Кали, Эд. Он делал с ней ужасные вещи.

Я прищуриваюсь, глядя на Алэйну, прежде чем подойти к худому молодому парню.

— Ах, да? Какие вещи, например? — спрашиваю я, не сводя с него глаз.

— Он… однажды я слышала, как она закричала. Кали пыталась помешать ему и еще одному мужчине вернуться в нашу комнату. Я слышала, как она кричала: «нет, оставь ее в покое», а затем послышался ее крик боли, пока они смеялись. Когда они вошли в комнату, сказали, что он трахал ее пальцами, удерживая за горло у стенки. Она чуть не умерла, Эд. Они сказали, что она потеряла сознание, и им пришлось сделать ей искусственное дыхание, чтобы она очнулась.

Едва Алэйна заканчивает свой рассказ, как я хватаю этого парня за шею и швыряю на пол, к толстяку. Я смотрю на Зейна.

— Сколько у нас времени?

Он качает головой.

— Не уверен. Я запер Казимира в соседней комнате. Мы можем справиться с ним позже.

— Не можем. С этими двумя — да. Однако я пообещал Сандре, что она получит Казимира. Хотя, я же я не говорил, что он будет целым и невредимым, — я улыбаюсь Зейну, а затем снова становлюсь серьезным. — Как Кали выбралась отсюда?

Он смотрит на меня с беспокойством.

— Эм, да, тебе это не понравится, но, Эд, он хороший парень, он не причинит ей вреда.

— Выкладывай, брат.

— Тревор отвезет ее прямо домой. Она даже не захотела остановиться и забрать свои вещи из отеля, — грустно говорит он.

— Понял. Я их возьму.

Алэйна подходит ко мне и кладет руку на мое сердце.