Я готовлю сэндвич на кухне, когда «Tequila Sunrise» Сайпресс Хилла гремит через док—станцию. закатываю глаза и достаю телефон, пролистывая свой список воспроизведения Spotify. Чертов Нейт, добавляет свою музыку в мой плейлист. Засовываю телефон обратно в карман, сдаюсь и возвращаюсь к своему сэндвичу. Кладу ветчину на хлеб, добавляю немного майонеза, затем помидоры, соус и сыр. Захватывающий ритм застает меня врасплох, и я начинаю покачивать головой в такт. Я немного поторопилась с выводами: эта песня на самом деле довольно хороша.

Откусив большой кусок от сэндвича, я поднимаю глаза на вход в кухню и вижу Нейта, Бишопа, Кэша, Брэнтли и Хантера, которые стоят там и смотрят на меня. Раньше меня пугало, что они почти все время находятся в моем личном пространстве — хотя это не все Короли. Но теперь это почти не вызывает зуда, распространяющегося по моей коже.

— Что? — спрашиваю я, жуя свой сэндвич.

Бишоп качает головой.

— Ничего. Где твой брат?

— Наверху. — Я сглатываю. У меня еще не было возможности поговорить с Дэвилом о тенях. По правде говоря, я немного боюсь. Потому что как только я спрошу его, пути назад уже не будет. Что, если его ответ изменит мое мнение о нем? Я не хочу этого. В моей жизни есть много вещей, на которые я хочу получить ответы, много вещей, которыми готова пожертвовать, чтобы получить эти ответы, но Дэвил — не один из них. Я испытываю сильное чувство чрезмерной заботы, когда дело касается его, что заставляет меня думать... — Я младший близнец или он? — Мысли вслух всегда помогают.

Брэнтли и Кэш заходят на кухню, садятся на барные табуреты.

— Ты старше, — отвечает Кэш, когда понимает, что больше никто не собирается отвечать.

— Так и знала. — Я ухмыляюсь, откусывая еще кусочек.

— Почему? — спрашивает Бишоп, прислонившись к стене.

— Просто интересно.

— Тебе интересно, почему ты так его защищаешь. — Бишоп вырывает слова из моих мыслей, отталкивается от стены и идет на кухню. Он открывает холодильник и достает воду, откручивая крышку. — Он опасен, Мэдисон.

Я закатываю глаза.

— Если ты действительно в это веришь, то почему ты позволил ему быть рядом со мной?

— Ну, мы пытались остановить это, — вмешивается Нейт. — Но мы хорошо поработали.

— И я сказал, что он опасен, — закончил Бишоп. — Я не говорил, что он опасен для тебя.

— Но в первую ночь, когда ты был здесь, он тебе не понравился. Ты почти хотел его убить.

Бишоп смеется, ставя воду на стойку.

— Почти? Когда речь идет обо мне, Мэдисон, нет такого понятия, как «почти». Я не совершаю ошибок, я делаю ходы. Если что-то делаю, можешь не сомневаться, я продумал все до мелочей. Я не сумасшедший. Я расчетлив. И точно знаю, что делаю, когда делаю это, и ты хочешь знать, почему это делает меня худшим из монстров? — Спрашивает он, хотя Бишоп действительно не хочет, чтобы я отвечала, поэтому и молчу — в кои-то веки. — Потому что я снова и снова обдумываю этот поступок в своей голове, и каждый раз спрашиваю себя, правильно ли поступаю? — Он придвигается ближе ко мне, засовывая руки в карманы. — Это всегда «да». Так что нет, Мэдисон. — Парень прислоняется к стойке. — Я никого не «почти» убиваю. Если я хочу их смерти, они будут мертвы. Несмотря ни на что.

От слова «мертвы», прозвучавшего так близко к имени Дэвила, у меня заурчало в животе. Я откладываю свой сэндвич, внезапно потеряв аппетит.

— Очевидно, Принц Чарминг. — Я отмахиваюсь от Бишопа.

Брэнтли смеется.

— Это мило. Но нет, скорее темный рыцарь.

Мой желудок урчит, и я снова беру свой сэндвич, откусывая от него.

— Если бы ты мог воздержаться от причинения вреда моему брату, это было бы здорово.

Бишоп смотрит на меня, его взгляд пронзает мой.

— Если он не причинит тебе вреда — а я не думаю, что он это сделает — тогда договорились.

Мягко открывается входная дверь, Елена и мой отец идут по коридору, оба останавливаются, когда видят собравшихся на кухне.

— Мэдисон, Нейт, — приветствует меня папа.

Моя спина выпрямляется, и я провожу тыльной стороной ладони по своему рту.

— Папа! Привет! — Я прокладываю себе путь к нему. Когда обнимаю его, он напрягается. — Все в порядке? — Мой отец никогда не напрягается при виде меня. Никогда. Он всегда был моей опорой и всегда говорил мне, что происходит, за исключением тех случаев, когда дело касалось Королей.

Отец заставляет себя улыбнуться.

— Все в порядке.

Я смотрю на Елену, а она смотрит на меня, совершенно не обращая внимания на то, что только что произошло между мной и отцом.

— Привет, Мэди. Как прошли твои выходные? — Она смотрит на Нейта. — Подойди и поприветствуй свою маму, пожалуйста. — Нейт отталкивается от стены.

— Конечно, ма. — Он обнимает ее, обхватывая одной рукой за талию и без труда поднимая с пола. Парень целует ее в щеку. — Скучал по тебе.

Елена отстраняется, ущипнув его за щеки.

— У тебя все хорошо, мальчик. Я вижу, ты хорошо заботишься о своей сестре. — Она оглядывается на меня.

— Кстати говоря, — говорю я папе. — Мы можем поговорить?

— Что ты натворил? — спрашивает он Нейта, и я быстро вмешиваюсь.