– Договор бессрочный, до тех пор, пока я не решу иначе. Я Фейри, нам нравиться владеть, – его глаза скользнули на мою грудь и обратно к моим глазами, – вещами.

Я подавила желание закричать, это мне сейчас не поможет. Я вжалась в кресло и впилась ногтями в дорогую кожаную обивку сиденья. Желудок сжался, а ум стал абсолютно диким от осознания того, что я натворила.

– Сколько потребуется времени, чтобы я освободилась от этого контракта?

Он осторожно меня осмотрел. Его губы напряженно поджались, когда он обдумывал ответ, но так и ничего не сказал, просто сидел и наблюдал за моей реакцией.

Пытаясь спасти друзей, я отдала ему душу. Если он захочет меня трахнуть, ему нужно лишь потребовать.

– Я не могу этого сделать. Не могу, – я говорила быстро и бессвязно, мне необходимо выйти на улицу и подышать свежим воздухом. Я встала и направилась к двери, прежде чем слова сорвались с моих губ.

Он остановил меня, вцепившись руками в мою плоть. Я сделала единственное, что пришло на ум – слепо ударила попав ему прямо в нос. Прежде чем я смогла подумать "упс", огромный Фейри, весом в две сотни фунтов, прижал меня к дальней стене клуба.

– В следующий раз, когда ты ко мне прикоснешься, я накажу тебя! – прорычал он.

Мои губы задрожали, а потом и тело последовало их примеру. Желание выбраться отсюда стало сильнее, чем желание жить или даже дышать. Я вцепилась в Принца, безуспешно пытаясь ногами нащупать пол. У меня начался прославленный приступ паники.

Как будто этот день не мог быть хуже, у меня случился приступ паники на глазах у Темного Фейри. Я знала, что он почувствовал этот момент или догадался о произошедшем, потому что его пальцы ослабли, и он позволил мне соскользнуть по стене вниз. В момент, когда мои ноги коснулись пола, я побежала.

Вышибалы у двери отступили, открывая дверь, чтоб я вышла, прежде чем меня на них стошнило. Свежий воздух не достаточно быстро наполнял мои легкие. У меня случались приступы паники после смерти родителей, но с момента последнего приступа минуло десять лет.

– Син, ты в порядке?– спросил, последовавший за мной, Адам с беспокойством в зеленых глазах.

Я решительно покачала головой. Желудок выворачивало, к глазам подступили слезы. Этого, черт возьми, не могло случиться. Олден знал, что я против всего, касающегося Фейри, я не раздумывая отклоняла все задания с ними связанные.

– Синтия успокойся. Все не так плохо, как кажется. Он пытается тебя запугать, – произнесла медленно и спокойно, оказавшая в поле зрения Ларисса. Она должно быть стояла на улице и ждала меня.

Как будто знала? Это не она подписала чертов кровавый контракт, который давал право Темному Фейри использовать моё тело как еду. Он мог меня превратить в то, кем стала моя мама – того, кто хотел убить собственного ребенка! Звезды замелькали перед глазами, и я испугалась, понимая, что сейчас потеряю сознание... прямо перед тем, как кто-то поймал меня и все стало черным.

Я проснулась под звуки капающей воды. Тихие голоса проносились по комнате, будто бы я не могла их слышать.

– Я не знаю. Она никогда не теряла сознание... никогда.

– Почему Гильдия не сообщила о её истории с Фейри? – голос Райдера звучал раздраженно и по-деловому.

– Вам следует поговорить об этом с Олденом. Я лишь знаю, что у нас ушло больше года, чтобы хотя бы заставить Син разговаривать, после того, как ее нашли. Она была потерянной и обозлённой на всех и вся. Я был единственным, кто смог к ней приблизиться... достучаться до нее, так сказать. Позже она впустила Лариссу и Эдриана. Твой вид травмировал ее, когда она была ребенком. То, что она увидела..., – голос Адама был полон боли.

– К чему ни я, ни мои люди не имеем отношения, – сердито заметил Райдер.

Я слышала фырканье Адама, и почувствовала его нарастающий гнев, когда он защищал меня – ребёнка. Вот почему Адам, мой лучший друг, всегда за меня горой.

– Ей было пять лет, пять! В ее голове вы все одинаковые, потому что вас она боится больше всего. Она так чертовски боится, что сделала себе защитную татуировку – заклинание на шее. Нас в Гильдии научили одному – наносить самое важное заклинание на шее... и она потратила его на то, чтобы защитить себя от случившегося с ее матерью...

– Не надо, – прошептала я, пытаясь сесть.

Я не могла позволить Адаму предоставить Фейри еще больше оружия против себя. Райдер стоял прижимаясь спиной к стене, скрестив руки на огромной груди. Его золотые глаза встретили весь мой гнев, ни разу не моргнув. Адам почесал свою темноволосую голову и провел ногой по полу, как ребенок, которого ругали за плохое поведение.

– Где я? – я тихо спросила, понимая, что лежу в кровати, очень большой и мягкой кровати.