Мари закричала пронзительным голосом, когда увидела весь ужас в комнате. Я вздрогнула, когда маленькая я повернулась, покрытая кровью матери. Я не пустила Мари через защитное заклинание, а она не была сильнее малышки, которой я тогда была.

Олден показался позади нее, его вздох действовал мне на нервы.

– Синтия, ты ранена? – Спросила Мари чистым и низким голосом.

– Моя мама сломалась. А папа спит, – сказала пятилетняя девчушка, словно это было правдой, но она знала лучше. Уже тогда она знала, что ее родители мертвы. Она чувствовала их потерю внутри себя, там, где когда-то была любовь, теперь была смертельная пустота.

– Это она сделала? – от шепота Олдена моя кожа натянулась. Это работа зла, даже ребенок это понимал. В конце концов, она винила себя, потому что отец был воином и умер, чтобы ее защитить.

– Они что-то искали, была ли это я? – спросила малышка с глазами, слишком понимающими для пятилетнего ребёнка.

– Олден, хватит. Она в шоке, – прошептала Мари, словно малышка не могла ее услышать.

Я рванула назад, скрывая воспоминания того, что произошло дальше... мои руки рвали мои воспоминания, словно я могла их покромсать. Я не смогу пережить следующую часть – как забрала их души. В пять я была сильнее любой другой ведьмы. История записала все подробности того, что произошло. И из-за этого, я стала лабораторной крысой для Олдена, после смерти моих родителей.

– Хватит, мы рискуем повредить ее разум, если продолжим, – тихо сказал Райдер, и голос его проник сквозь иллюзию.

Комната снова стала белой, а мое тело затряслось от сильных спазмов. Я сжала зубы от желания убить всех Фейри, за то, что они увидели произошедшее.

– Интересно, они что-то искали, – сказал Фейри позади меня.

Дристан прочистил горло.

– Я не узнал ни одного из них, они выглядели...

– Хватит, – резко прервал их Райдер, а я бросила на него свирепый взгляд.

Я моргнула, снова фокусируясь на комнате, борясь за воздух и поднимаясь прежде, чем обрела равновесие. Грудь вздымалась от боли, я вновь пережила худший день в моей жизни.

Я встретилась глазами с золотым взгляд Райдера. Он выглядел почти озадаченным и встревоженным тем, что увидел. Я повернулась, чтобы протолкнуться мимо его людей, но они окружили меня, словно знали, что захочу уйти. Я возненавидела то, что увидела в их глазах. Жалость.

– Пропустите, – огрызнулась я, желая к чёртовой матери убраться отсюда, вернуться домой и свернуться калачиком пока не пройдет чувство ненависти и безнадежности. Обычно это занимало несколько дней.

– Она жертва, – негромко сказал Зарук.

– Я. Не. Жертва! – Зарычала я низким голосом, четко выговаривая каждое слово.

– Нет? Тогда кто же ты? – Спросил он, рассердившись на мои слова.

– Я уцелевшая.

Зарук склонил свою светло русую голову. С того дня, никогда больше я не позволяла себе стать жертвой. Я боролась и стала лучшей в классе, куда меня определила академия Гильдии. Мари всегда была рядом и на каждом шагу помогала мне, подбадривала. Олден обвинил меня, но не без оснований.

Я забрала души родителей и отказалась их отпускать. Страх – это сука. Он может заставить вас сделать то, чего вы от себя никак не ожидаете.

Я забрала их души прежде чем поняла, что делаю. Моё горе, плюс юный возраст и огромная сила, заставили меня действовать необдуманно. В итоге я отметилась двумя звездами на плечах, как напоминание о первой неудаче в моей жизни.

– Она повреждена, – сказал еще кто-то из находящихся в комнате, словно меня тут не было.

Вы даже не представляете, повреждения заставляют меня нормально выглядеть.

– Да, справится ли она с работой для которой нужна нам? – спросил Дристан.

Я возненавидела то, что они вырвали эти воспоминания из моего разума. И все же теперь, когда их воспроизвели, слова моего отца не были такими тихими, хотя тогда мой разум не осознал сказанное.

– Пошел ты, и пошла твоя чертова работа, Райдер. Я ухожу отсюда, – зарычала я и повернулась с абсолютным намерением уйти.

– Позвони в Гильдию, позови Олдена к телефону, – спокойно попросил Райдер.

Я выдохнула и закрыла глаза, борясь за самообладание.

– Я повреждена, другие тоже могут использовать гламур, – предложила я ему решение проблемы.

– Мне не нужны другие, мне нужен самый лучший и Мари настоятельно рекомендовала тебя.

Я моргнула и посмотрела на него через плечо.

– Мари мертва, – резко ответила я.

– Да, но она была другом моего отца, – заявил Райдер.

– Найди кого-нибудь еще, – рявкнула я отчаянно желая выбраться из комнаты, от чувства что стены наползают на меня.