— И без тебя знаю. — Хмуро заявил Ричард. — Что я могу сделать? Насильно притащить ее сюда? Она не хочет меня знать. Она меня боится. А это совсем плохо. Если Мила возненавидит меня, она не скажет, где гребень, а еще хуже — скажет Эдуарду, а он умеет убеждать.

— Если она будет в твоей власти, то не осмелиться выступить против тебя. — заметил Грэг.

— Еще вчера ты убеждал меня быть терпеливым. — Холодно улыбнулся Милз. Его мраморное лицо не выражало нечего, словно в этот момент он ни о чем не думал. И только нервно теребящие белоснежный локон пальцы выдавали его волнение. — Грэг ты много лет служишь мне верой и правдой, ты сопровождал меня в этой гонке за гребнем, как до этого твой отец и дед. Вы верите мне, но слишком плохо знаете суть моей расы. Не забывай, что в сознании этой женщины скрывается память Люцианы, она несет в себе частичку ее сущности. То, что способна сделать Людмила, может удивить даже меня. Она смертна сейчас, но я чувствую силу ее сопротивления. Она уже особенная. Я не хочу войны. Я устал искать мира. И мне не хватит сил убить ее снова.

— Тогда ее убьет Эдуард. — жестко вставил Грэг.

— Нет. Я сделаю все, чтобы остановить его. — Уверенно заявил Ричард. Это было в его стиле. Он всегда думал, что все в этом мире подвластно ему. Лишь однажды его вера в себя покачнулась, но тогда он еще был человеком.

— Спасибо, Грэг. Спасибо, что предупредил меня.

— Я не мог поступить иначе. — Кивнул Стюарт.

— Приведи мне Клэр. — жестко приказал Милз, подходя к окну. Черный шелковый халат красиво струился по его совершенному телу.

— Но ты питаешься ею уже шесть ночей. Она очень слаба. Ты убьешь ее, если снова….

— Ты дорожишь человеческой жизнью? — Усмехнувшись, произнес Ричард. — Забота о ближнем, не смотря на то, что эта девушка тебе абсолютно чужая. Это так трогательно. Я уже забыл, что значит сострадание. Я так давно ничего не чувствую и никого не люблю. Это ужасно. Приведи ее, Грэг. Я не убью ее. Совсем чуть-чуть, а потом ты приведешь мне Беатрис.

— Как скажете, хозяин. — Поклонившись, Стюарт вышел. Ричард задумчиво посмотрел на раскинувшийся под окном спящий город. Где-то там, в темноте, бродит его враг, чудовище, подарившее его Люциане. Они были хищниками, жестокими и беспощадными, а Ричард тогда еще был человеком. Они убили его, растоптали и породили монстра, подобного им. Но он не забыл, что такое боль. Он не забыл, что когда-то у него была душа. Наверно, поэтому он старается не убивать свои жертвы, но иногда зверь в его душе просыпается и жаждет….

Мила опоздала на работу, но зато уложила волосы в красивую прическу, что не забыли отметить коллеги. Алекс снова попытался за ней приударить, генеральный сделал комплимент, а Лера только развела руками. Одна Жанна загадочно улыбалась.

— Что? — спросила Мила.

— Ничего. Ты и сама знаешь. — Улыбнулась Зверева. И Мила рассказала ей, про Ричарда, навестившего ее вечером и про стычку с мужем, на что девушка сказала сакраментальную фразу.

— Я рада, что наконец-то ты становишься человеком.

— Спасибо, а раньше я была бегемотом. — Скорчила рожицу Мила. — Ну, все мне некогда болтать. У меня встреча с представителем концерна "Моно". Они хотят большую партию. Если дело выгорит, то нас ждет премия.

— Дело не выгорит, если ты пойдешь в этом. — Жанна окинула Людмилу критичным взглядом. — Что это? Вельветовый костюм? Сколько ему лет? На первую годовщину свадьбы покупала?

— Прекрати. На улице прохладно. Что я должна с голыми ляжками ходить? Я ношу то, что удобно. — Оскорбилась Мила. — И не забывай, мне не двадцать пять.

— На семь лет больше. И это не дает тебе право прятать стройное тело под лохмотьями.

— Согласен. — крикнул Алекс из-за своего компьютера.

— А ты, вообще, молчи. — Рявкнула на него Люда.

— Я насчет стройного тела согласен. — со смехом поправил он.

— Достали. — Протянула Мила.

— У тебя есть час в запасе? — лицо Жанны озарилось. Мила тяжело вздохнула, почуяв, к чему клонит юная работница.

— Сорок минут, и тогда мне придется потратиться на такси.

— Этого достаточно. Магазин напротив офиса. Пошли. — Жанна встала и накинула модный кожаный пиджак с норковой окантовкой.

— Я не сказала "да". — Строго заметила Ларина. Идея не нравилась ей. — И у меня нет с собой денег.

— У меня есть. Отдашь потом. — Уверенно заявила Зверева и потащила Милу к выходу.

Через полчаса, Ларина критически разглядывала свое отражение в примерочной модного магазина. Ярко-алая блузка с глубоким вырезом плотно обтягивала стройную талию и высокую грудь, черные атласные брюки превосходно сидели на узких бедрах и зрительно удлиняли и без того не короткие ноги, лакированные ботинки на высоченном каблуке дополняли чувственный элегантный образ. Отражение казалось чужим, слишком эффектным, слишком эротичным и непривычным. Такой Мила еще себя не видела.