— Да. Меня многие любили, но никто не догадался посадить в клетку. — усмехнулся Ричард. — До сих пор дрожь берет, при воспоминании об этом плене. Когда я увидел клетку, в которой держали Вадима, чуть с ума не сошел. Эта дрянь Камилла заслуживает смерти. А ты и о ней говоришь, что она несчастная любящая женщина. Ты просто наивна, дорогая. Им всем нужна только власть над объектом их страсти.

— В твоем голосе столько ярости, которая мне непонятна. Камилла пыталась защитить Вадима. Она любит его. Я знаю это.

— Ты тоже любишь меня. Может, посадишь в клетку? — Ричард бросил на нее жесткий взгляд, от которого Мила задрожала.

— Ты и так в ней. Вся твоя жизнь — клетка с толстыми прутьями. Большая, усыпанная бриллиантами и ложным ощущением свободы, но все же клетка.

— Странно рассуждаешь, но отчасти ты права.

Мила отвернулась и стала смотреть в окно. Лес начинал редеть, дорога становилась все хуже. Машина то и дело подпрыгивала на ухабах.

— Стой. — воскликнула Мила. Ричард резко затормозил, подняв облако пыли. — Дальше пойдем пешком, иначе они услышат шум мотора.

Они оставили микроавтобус в кустах, прикрыв ветками. Поднялся ветер, стирая следы шин на песчаной дороге. Природа на их стороне. Мила взяла Ричарда за руку и посмотрела в синие лабиринты глаз.

— Ты уверен, что мы не можем оставить их в покое? — спросила она.

— Мы не имеем на это права, дорогая.

Мила печально улыбнулась.

— Жаль, что все так безнадежно. Вадима ждет одиночество длиной в вечность.

— Я же живу. — Ричард уверенно пошел вперед.

Вадим перебирал волосы Камиллы, наблюдая, как они струятся между пальцами, словно живые. Ее голова покоилась на его коленях. Она улыбалась и смотрела, как черные волны накатываются на песчаный берег. Во время сильных приливов вода почти доходила до их дома. Наблюдая сейчас за морем с маленькой террасы, Вадим чувствовал необычайное единение с природой. Он слушал шепот волн и, закрыв глаза, просто наслаждался, не думая ни о чем. Теплый ветер оставлял соленый привкус на губах, крики птиц перекликались с ревом моря и шелестом листвы, соединяясь в единую музыку природы, слушать которую Вадим готов был вечно. Его не пугало то, что должно было произойти через три дня. Его тело было готово к обращению. А мысленно его готовила Камилла. Ее нежный голос вселял в него уверенность и спокойствие. Изменения перестали доставлять ему неудобства. Здесь на краю земли, в богом забытом месте, он, наконец, обрел себя. Вадим ощущал с каждым днем растущую силу, зверь внутри него просыпался. По ночам его власть усиливалась. Но здесь они ни кому не причинят зла. И именно здесь они проживут отмеренное им время. Это место создано для них — детей природы.

— Почему ночью море кажется таким черным? — тихо спросила она, обращаясь скорее к себе, чем к Вадиму, слушавшему ее с легкой улыбкой. — А днем, на горизонте оно неотделимо от неба. Голубое, чистое, спокойное.

— Как твои глаза. — ответил Вадим. — А сейчас они темные и глубокие. Ночью все приобретает другое очертание и значение.

— Да. — согласилась она. — И мы тоже. Меняются наши тела, но не сущность. Так ведь?

— Не знаю, я еще не менялся.

— Но ты уже другой. Я рада, что ты вернулся.

— Я понял, что мое место здесь, с тобой. — он прикоснулся губами к ее лбу. — Ты подарила мне покой. Я счастлив сейчас, как никогда в жизни.

— Ты не будешь жалеть? — ее маленькие пальчики коснулись его лица.

— О чем?

— О прошлой жизни. О Людмиле. Ты забыл ее?

— Она та часть прошлого, которую я хотел бы навсегда стереть из памяти. Жаль, что нет такой силы, которая помогла бы нам контролировать нашу память.

— Значит, ты все еще любишь ее? — спросила Камилла. Ресницы ее затрепетали. Вадим крепко обнял ее.

— Я не могу ответить на этот вопрос сейчас. Важно то, что она не любит меня, никогда не любила. Мила — это боль, а ты — счастье. Такой ответ тебя устроит?

— Вполне. — Камилла нежно улыбнулась. Склонившись, Вадим поцеловал соленые губы девушки, она обняла его за плечи.

Вадим уловил какой-то звук, щелчок и поднял глаза. Прямо перед ним в нескольких метрах стоял Ричард Милз, направивший на них пистолет. Запах серебра ударил в нос. Так пахла опасность. Мила…. Это она привела его. Ярость залила глаза Вадима. Камилла встрепенулась, почувствовав, как напряглось тело любовника. Вадим оттеснил ее назад, закрывая собой.

— Они не за мной пришли. — шепнул он ей. — Не высовывайся.