– Два месяца я работала проституткой в элитном борделе, – безжизненным тоном произносит Реджина, в одно мгновение разбивая к черту мое сердце и совершенный облик идеальной жены, который я создал в своем воображении. – Меня выкупил один из богатых клиентов. И он дал мне образование и превратил в девушку, которую ты увидел в «Бэлл Энтерпрайз». К тому времени, когда я устроилась в вашу компанию, у меня не было с тем человеком никаких отношений. Он отпустил меня.

– Я могу узнать его имя? – резко спрашиваю я, стискивая челюсти до ломоты в скулах. Сердце оглушительно бьется в груди. В голове полный хаос и прострация. Я не могу пока сложить пазл. Блядь, мне кажется я брежу. Какого хрена, вообще, происходит? Служба безопасности, которая проверяла подноготную Джины могла ошибиться, но отец…Уверен, что он тщательно проверил досье на нее по всем базам. И если даже Гарольд Бэлл ничего не нашел, то человек, который сшил ей новую жизнь, является не просто каким-то долбанным клиентом борделя со средним достатком. Я не могу не думать о том, что сказанное Реджиной не просто является одной огромной ложью сроком в пять лет, это еще и бомба замедленного действия, от которая, если рванет, пострадает вся моя семья. Вся. Моя. Семья.

– Нет, – она качает головой, судорожно вздыхая, и прижимая ладони к груди. – Оно ничего тебе не даст. – Мой взгляд задерживается на простеньком браслете, который год назад Эсми сделала своими руками с помощью Анны на день рождения Джины, и с тех пор она с ним не расставалась. Я так детально помню тот день, который мы провели все вместе в узком кругу нашей семьи. Был огромный торт, цветы, игры и смех. Мы были счастливы, черт побери, счастливы! А она все это время лгала мне. Лгала… Каждую минуту. Носила мое кольцо на пальце, браслет Эсми на запястье, изображая ту, кем никогда не являлась.

– Позволь мне решать, – резко произношу я. – Если этот человек знает тебя в лицо, то он несет в себе угрозу моей репутации и карьере. Имя, Джина, – требую с неприкрытой яростью в голосе.

– Зачем? Что ты собираешься делать? – испуганно, дрогнувшим голосом спрашивает моя жена. Жена, черт… Как она могла?

– Любая угроза моей семье уничтожается, – бесстрастно сообщаю я. И, возможно, сейчас ее тоже ожидает неприятный сюрприз. Я не тот идиот, которым она меня видела и представляла. – Мне также будут нужны имена держателей борделя и других лиц, которые знают тебя… – прочистив горло, я продолжаю, – достаточно хорошо, чтобы узнать в лицо.

– Ты сейчас говоришь о том, о чем я подумала? – распахнув глаза, она смотрит на меня с таким потрясением, словно это я только что рассказал, что убил свою мать, ее любовника, а потом работал жигало в борделе.

– Ты не вчера родилась, Реджина. Конечно, я не стану делать этого сам, – бесстрастно сообщаю я.

Джина опустила голову, снова впав в состояние транса. Я встаю с дивана и начинаю мерить шагами периметр гостиной. Взад-вперед, как заведенный. Мне необходимо подумать. Все проанализировать. Я должен принять верное, взвешенное решение. Теперь многое встает на свои места, видится в истинном свете. Отсутствие подруг, людей из прошлого, чистая биография, без единого пятна и зацепки. А ее нежелание заводить новых знакомых, и паталогическая боязнь прессы и публичных мероприятий? Это, блядь, никакая не скромность. Она боялась встретить клиентов, которые трахали ее в долбаном борделе. Меня бросает в холодный пот, когда я представляю эту картинку, которая так живо появляется перед глазами. А когда я думаю о том, что кто-то мог узнать ее, но не осмелился сказать и не подал виду, каждая мышца моего тела наливается сталью. Что если в моем окружении уже имеется парочка олигархов, которые смеются за моей спиной, вспоминая, как славно их обслужила жена будущего мэра Кливленда.

– Почему сейчас? – остановившись, резко спрашиваю я, глядя на Джину. – Ты столько молчала. Так почему сейчас решила заговорить?

– Выборы… – хрипло шепчет она, не полнимая головы. – Слишком много внимания к нашей семье.

– Оно и раньше было. Что-то случилось именно сегодня, да? – настойчиво спрашиваю я. – Говори, мать твою. На приеме был кто-то из твоих клиентов?

Реджина вздрагивает, снова обхватывая свои плечи руками. Ее упорное молчание выводит меня из себя, лишая последних каплей самообладания.

– Скажи мне, кто это был! Имя, Джина. Он угрожал тебе? Что ему нужно? Деньги?

– Я… – она открывает рот и снова замолкает. Подскочив я встряхиваю ее за плечи, грубо поднимаю на ноги, заставляя смотреть мне в лицо.

– Имя. И уже завтра угрозы закончатся.

– Я не могу… – всхлипывает Реджина, и ее голубые лживые глаза наполняются слезами. Я резко отпускаю ее, отталкивая от себя. – Я не помню. Не знаю, как его зовут. Просто я напугалась, что тебе расскажут… раньше, чем я.

– Значит, он трахал тебя, а ты даже имя его не помнишь? – с презрением бросаю я. – Но видимо тебе понравилось, раз ты запомнила лицо. И много их было? Название борделя. Быстро.