— Ничем, скорее наоборот. У нас есть объединяющее отличие, особый статус и другим пчелкам это очень не нравится, — объясняет рыжеволосая красотка.

— В чем заключается отличие? — интуитивно напрягается Каталея.

— Кронос, — помрачнев, отвечает голубоглазая Сарима.

Дополнительных пояснений Кае не требуется. Она понимает, что имеется в виду. Эти девушки — фаворитки супруга пчелиной матки, но судя по выражению их лиц, особый статус пчёлкам совсем не в радость.

— И как часто здесь бывают вечеринки? — решив сменить тему, интересуется Кая.

— Это вторая за время моего нахождения в Улье, — огорчено вздыхает Сари.

— Давно ты здесь?

— Почти год, — Сарима подносит к губам неполную ложечку наркотика и слизывает половину, блаженно прикрывая веки.

— Мы все попали сюда практически в одно время, — снова подаёт голос баронесса Мелина, перехватывая у подружки вазочку с порошком. Сексапильная бразильянка самая крупная из девушек, но толстой ее назвать язык не повернется. Яркая, знойная, с крутыми бедрами и пышной грудью, обтянутой красным в тон помаде платьем. — Из сторожил я знаю только трех.

— Науми? — Кая называет одну из предполагаемой троицы.

— Да, — поджав губы, кивает дочь обанкротившегося шведского графа.

— Лучше не упоминать имя этой дьяволицы, иначе явится по твою душу, — включается в беседу бутанская княжна с раскосыми глазами. Как и Дао она обладает чётко-выраженными азиатскими чертами, но более яркими, чем у тайки. Черт, как же сложно сразу запомнить столько имен.

— Не пугай нашу тихоню, Янгани, — со смехом обращается к подруге главная болтушка Сарима. — Науми далеко до дьяволицы, но, поговаривают, что она балуется Вуду.

— Не удивлюсь, — иронично подхватывает Кая. С тихоней они, конечно, сильно погорячились. — Она неприятная и дико высокомерная.

— А я о чем говорю, — Янгани зловеще улыбается. — Бута она точно приколдовала.

— А старшего батлера здесь нет? — вопрос вырывается прежде, чем Кая успевает его осмыслить.

— Нет, — с сожалением разводит руками Сарима. — Мы бы все хотели, чтобы он тут был, но увы. Это же не обычный девичник, а вечеринка без запретов, — подхватив протянутый официантом бокал, девушка окидывает парня плотоядным взглядом. — Все эти накаченные красавчики — наше основное блюдо. Выбирай любого и делай с ним все, что нельзя делать в Улье.

— Серьезно? — недоверчиво уточняет Кая, провожая взглядом мускулистый зад официанта.

Ничего себе новости. А вечеринка набирает обороты.

— Представляешь, чтобы мы сделали с батлером, загляни он к нам на огонек? — поиграв бровями, Янгани засовывает в рот ложечку с порошком.

Между делом заметила, что вазочка с наркотиком успела побывать в руках у каждой из девушек, и эффект не заставил себя долго ждать. Красивые и такие разные лица соблазнительниц раскраснелись, глаза возбужденно засверкали, зрачки расширились, как спелые черешни, речь стала тягучей, дыхание участилось, жесты приобрели плавность.

— Он бы от нас живым не ушел, — хрипловато смеется Сарима. — Какая дьявольская жестокость — дразнить и не давать.

— Сложно не согласиться, — понимающе хмыкает Кая, вспоминая, сколько раз Бут отвергал ее поползновения. Судя по всему, с другими пчелками он был так же непреклонен, и это ощутимо тешит уязвлённое самолюбие.

— Запретный плод всегда самый сладкий, — философски изрекает Дао. — Но рано или поздно кто-нибудь его надкусит. Любую крепость можно разрушить. Как говорит восточная мудрость: «Искушение сдаться будет особенно сильным незадолго до победы». Надо только поймать момент.

— Ты такая фантазерка, Дао, — скептически бросает полька Юдит. — Мы быстрее умрем, чем дождемся подходящего момента.

— Я не собираюсь умирать, — протестует Дао, кошачьим жестом поправляя короткую стрижку.

— Давайте, хотя бы сегодня не будем о смерти, — восклицает бразильянка. — Мы празднуем и долой все дерьмовые мысли, — подняв свой бокал Мелина предлагает тост. — Да здравствует жизнь, пчелки!

— И жаркий секс, — смеется Сарима, поддерживая подругу. Странно слышать подобные слова от мусульманки, но, видимо, в Улье вопрос религии и традиций отпадает сам собой. — Не знаю, как вам, а мне срочно нужен огромный белый член, — опустошив бокал, смело добавляет катарская принцесса.

Кая удивленно выгибает бровь, но благоразумно воздерживается от комментариев. Разговоры девушек резко переходят на сексуальную тему и обсуждение всех находящихся в поле зрения мужчин. Их откровенность раньше могла бы ее шокировать, но сейчас ничего подобного нет. Не так часто девчонкам удается вырваться из своих золотых клеток и насладиться иллюзорной свободой. Когда каждый день может оказаться последним, глупо отказывать себе в удовольствии.