За мгновенье до полного погружения, ускользающий мозг Каи успевает зафиксировать нечто до абсурда невероятное. Настолько невозможное, что пчелка считает увиденное предсмертным самообманом, желаемой иллюзией, спасительной, усмиряющей, дарующей забвение.

Словно воскресший призрак из преисподней, перед ликующей королевой внезапно появляется мощная фигура Эйнара. Уверенно держа утраченный атрибут Немезиды в руке, он вспарывает грудную клетку не успевшей уклониться Медеи, и обессиленно рухнув на колени, бросает в сторону залитый кровью меч.

— Занавес, — хрипит Эйнар, и одновременно с потрясенной пчелкой отправляется во тьму.

Бут

Убийство королевы приводит почетных гостей в предсказуемый шок. В игровой воцаряется напряженное звенящее безмолвие. Зрители еще какое-то время ждут, что Кронос встанет со своего места и объявит собравшимся, что увиденное ими шоу не более, чем игра. Кровавая, продуманная до мелочей и богатая на спецэффекты постановка.

Никто из них не верит, что подобное могло случится в действительности, на их глазах. Этого не может быть. Невозможно. Королевская пара неприкосновенна, недосягаема, безопасность организаторов и гостей соблюдается на высшем уровне.

Но Кронос молчит, бесстрастно наблюдая за тем, как я осторожно опускаю Каю на пол, и подняв брошенный Эйнаром меч, направляюсь к королевской ложе. Проход в стеклянном ограждении все еще открыт, охрана бездействует, так и не получив приказа на мою ликвидацию. Они его не получат, пока я не завершу свою миссию.

Меня никто не останавливает, и это позволяет не спешить, насладиться каждой секундой долгожданного триумфа. Моя дорога славы выстлана не цветами, а залита кровью. Победа с привкусом пепла досталась мне ценой многих и многих жизней.

Не только сегодня. Кровавая игра началась слишком давно, чтобы сосчитать всех павших и выбывших, и она не закончится сегодня.

Она не закончится никогда.

Я обхожу тела тех, кому уже никогда не удастся взять реванш. Я не скорблю. Они обрели то, что не доступно мне — свободу.

Зрители, приклеившись к своим стульям, ошеломленно следят за каждым моим действием. Один шаг, второй, третий, и вот я уже поднимаюсь в королевскую ложу.

Кронос равнодушно смотрит на меня сквозь прорези уродливой маски.

— Ты не можешь меня убить, — самоуверенно заявляет он.

— Верховный Совет приговорил тебя, Уильям. Поэтому я могу. И сделаю это. Сейчас. Жаль, что твоя смерть будет быстрой. Ты заслужил другую, но мы еще обязательно встретимся.

— В аду? — на удивление спокойно спрашивает Кронос, поднимаясь на ноги.

— Именно там, — ухмыльнувшись, киваю я.

Делаю резкий выпад и пронзаю острием меча его живот. На белоснежном пиджаке быстро расползается алое пятно. Провернув рукоятку на триста шестьдесят градусов, делаю резкое движение вверх, затем вниз.

Острый закаленный клинок без особых усилий разрывает плоть, дробит кости и позвонки. Густая кровь брызжет на мои вздувшиеся рубцы, попадая мне на лицо и волосы. Раздувая ноздри, я чувствую ее тлетворный вкус и запах. Это мое первое убийство в Улье, не требующее раскаянья. Вытащив меч из зияющей раны, отступаю на шаг назад.

— Игра закончена, господа! — громко объявляю я, брезгливо глядя на рухнувшего в кресло Кроноса, в предсмертной агонии пытающегося засунуть свои вывалившиеся кишки обратно. — Многие сегодня сорвали огромный куш, — продолжаю речь, повернувшись лицом к оцепеневшим гостям. — Поздравляю всех, кто сделал правильный выбор и поставил на меня. Выигрыш будет зачислен на ваши счета в течении нескольких секунд. Корпорация соблюдает взятые на себя обязательства, вне зависимости от происходящего во время шоу и требует ответного доверия с вашей стороны. Кронос сдержал обещание. Этот стрим вы вряд ли когда-нибудь забудете, но я вынужден напомнить, что все случившееся в Улья, согласно подписанному вами контракту, остается здесь. И только здесь. Малейшее нарушение конфиденциальности повлечет за собой санкции со стороны Корпорации, и, поверьте мне на слово — они вам не понравятся. Дамы и Господа, вам выпала исключительная привилегия наблюдать собственными глазами закат эпохи Медеи и Кроноса. Это воистину грандиозный финал.

Выпустив меч, я позволяю оружию со звоном упасть к моим ногам. Поднимаю окровавленные руки, соединяю ладони в громком хлопке и широко улыбаюсь потрясенной публике.

— Воздадим же им должное и поблагодарим за доставленное удовольствие заслуженными овациями.

Спустя несколько застывших секунд звучат первые неуверенные аплодисменты, затем гул начинает нарастать, постепенно превращаясь в оглушительный грохот оваций. Повставав со своих мест, самые влиятельные люди планеты с ликующим возбуждением «воздают должное» отыгравшим свои роли хозяевам Улья.