Трэвис - мужчина, который приехал за мной, приблизился так незаметно, что я его не заметила, и направился к лифту. Я поспешно последовала за ним, но догнала его, лишь, когда двери открылись. На панели была всего одна кнопка – «ПХ» - что, как я поняла, означало «Пентхаус». В моей голове крутились тысячи вопросов, но даже с таким скромным опытом, как у меня, я и помыслить не могла, что у этого водителя есть на них ответы.

Я согласилась пойти на встречу, организованную моими родителями, но они не дали никакой конкретной информации. Единственное, что я получила, был наряд, который я должна была надеть, и записка, в которой говорилось о том, что моё присутствие там являлось крайне важным для будущего всех нас.

Стараясь скрыть своё беспокойство, я изо всех сил пыталась выглядеть невозмутимой и сохранять молчание в маленьком, неуютном пространстве кабины, в то время, как лифт поднимал нас к месту назначения. Когда двери открылись, передо мной предстали самая захватывающая панорама и самая изысканно декорированная гостиная, которые мне когда-либо доводилось видеть. Высокие окна освещали комнату, насыщенная синева неба и моря оттеняли светлую мебель.

– Спасибо, Трэвис, я провожу мисс Конвей.

Я повернулась на женский голос. Она была примерно тех же лет, что и моя мать, с короткими светлыми волосами и ласковыми голубыми глазами, от неё я не почувствовала ощущения дискомфорта, которое чувствовала от Трэвиса. Не дав мне заговорить, она взяла меня за руку.

– Добро пожаловать, мисс Конвей. Рада с вами познакомиться. Меня зовут Лиза. Если вам понадобится моя помощь, не стесняйтесь.

– Прошу прощения, Лиза, но где я нахожусь? С кем я должна встретиться?

Её глаза удивлённо расширились.

– Мисс Конвей, вы здесь, чтобы встретиться с мистером Харрингтоном. Мы в его пентхаусе в Майями. Уверена, что вы узнаете город по виду из окон.

От её честности ритм моего сердца пришёл в норму, и я снова бросила взгляд в сторону окон.

– Конечно, я узнаю город. Я лишь не знала, в какую его часть меня доставят.

Выражение её лица смягчилось, когда она вежливо поинтересовалась:

–  Не хотели бы вы освежиться перед тем, как увидите мистера Харрингтона? Если нет, то он готов вас принять.

Понизив голос, я спросила:

– Лиза, а кто такой мистер Харрингтон? И зачем он хочет меня видеть?

Её лицо теперь выражало беспокойство.

– Мисс Конвей, я не уверена в причинах вашей неосведомленности относительно этого вопроса. Но, думаю, будет лучше, если мистер Харрингтон объяснит всё сам. – Она сжала мою руку. – После того, как вы поговорите, я буду рада помочь вам и разъяснить всё, что пожелаете.

От нерешительности и опасения мой пустой желудок скрутило. Я вдруг даже обрадовалась, что ничего не ела. Сглотнув растущий ком в горле, я расправила плечи и произнесла:

– Думаю, я готова встретиться с мистером Харрингтоном.

– Вы выглядите прекрасно, дорогая. Позвольте, я провожу вас в его кабинет.

Я последовала за Лизой через огромную белую гостиную. Пышные зелёные растения и акценты в синих тонах сочетались с выложенным плиткой полом и белой кожаной мебелью. Вместе с цветом океана за окнами всё это являло собой прекрасную гармонию. Как только мы вышли в длинный коридор, узор плитки поменялся. Я не могла не задать себе вопрос, насколько огромным был этот пентхаус; но как бы то ни было, прежде, чем я всерьёз над этим задумалась, Лиза остановилась. Глядя мне в глаза, она прошептала:

– «Харрингтон Спа энд Сьютс Интернэшнл». Возможно, вам пока не знакомо это название, но я думаю, вам будет полезно знать, с кем будет ваша встреча.

И прежде чем я успела ответить, она отвернулась и постучала в дверь. В глазах у меня помутилось. Конечно же, я знала о «Харрингтон Спа энд Сьютс» – это была сеть одних из самых дорогих отелей в стране, а возможно, и в мире, раз Лиза сказала «интернэшнл». А слышала я про неё, главным образом, из-за того, что мой отчим Рэндал заключил эксклюзивный договор на предоставление медицинских услуг с филиалом Харрингтона в Майями. По словам матери, это был очень престижный клиент. И то, что Рэндал обзавёлся таким надёжным партнёрством, было тем достижением, которым она любила прихвастнуть на каком-нибудь из наших редких приёмов.