— Я никогда не читала. — Она покачала головой. — Это не мое дело, но я знаю, что мистер Фицджеральд очень рассердился.

Что не рассердило мистера Фицджеральда?

Я выдохнула, мои колени подогнулись, и опустилась на край кровати.

— Я… мне нужно прочесть. — Мой разум, который всего несколько мгновений назад казался ясным, теперь затуманился этой новой информацией. — П-почему ты мне не сказала?

— Я не знала, что он вам не сказал. — Она присела на корточки, пока наши глаза не встретились. — И это тоже не мое дело.

— Он мне не сказал. — Я взяла ее за руку. — Спасибо, Джейн. — У меня было три дня до возвращения Алтона. Воздух наполнил мои легкие, давая мне решимость, которую я думала, что ушла. Крепко держа Джейн за руку, я начала разрабатывать новый план. — Первым делом утром мне нужно в Саванну. Мне нужно навестить офис Ральфа Портера.

Джейн улыбнулась и встала.

— Да, мэм, я скажу Бентли быть готовым к девяти. — Она снова взяла чашку с таблетками. — Они вам понадобятся?

Я пожала плечами.

— Это зависит от того, что написано в дополнении.

— Как насчет того, чтобы я придержала их, чтобы никто не нашел?

Я кивнула.

— Спасибо, Джейн. Оставь вино.

— Да, мэм.

Глава 9

Нокс

Чарли́ и Сильвия обернулись на звук моего голоса. Я бездумно оглядел прекрасное тело Чарли́ — целое и невредимое. Мой разум знал, что это правда, но потребность подтвердить это была почти непреодолимой.

— Идем, — скомандовал я.

Чарли́, не задавая вопросов, шагнула ко мне, босая, с широко раскрытыми золотистыми глазами, в которых кружился калейдоскоп эмоций — страх, беспокойство и тревога соперничали за высший балл.

— Сильвия, пожалуйста, дай нам несколько минут, — сказал я, беря Чарли́ за руку.

— Сколько нужно. Я могу приготовить обед.

Я кивнул и повел Чарли́ через дом. На мой взгляд, в домике у бассейна было слишком много окон. Я не знал, о чем думала Сильвия, приведя ее сюда. Да, окна во всем доме были сделаны из пуленепробиваемого стекла. Тем не менее, это не делало их менее прозрачными. Любой, у кого было подходящее оборудование, мог заглянуть внутрь. Черт возьми, они могли бы прочесть время на часах, если бы у них был нормальный зум и желание сделать это. Мы прошли через кухню, гостиную и поднялись на половину лестницы, прежде чем Чарли́ заговорила.

— Куда ты меня ведешь?

Не отвечая, я открыл дверь в спальню, где спал последние четыре года. Интерьер был свежим, чистым и относительно строгим, оформленным в приглушенных коричневых тонах. Эта комната была не такой большой и богато украшенной, как главная спальня, но в ней было слишком много призраков. У нас было достаточно сил, чтобы сражаться, не думая ни о чем подобном.

Чарли́ остановилась у двери, а я молча подошел к окнам; они, как и хозяйская спальня, выходили на лагуну. Убедившись, что замок на балконной двери надежно заперт, я закрыл толстые деревянные жалюзи. В наш мир проникали только лучи света, и я шел обратно к Чарли́, или плыл? После того утра, что мы провели вместе, когда она была здесь, в безопасности, в моих объятиях, это казалось сном.

Я обхватил ее щеку, когда мой обычно уверенный голос дрогнул от эмоций.

— Мне очень жаль.

Хотя ее лицо было склонено к моей ладони, она покачала головой.

— Не извиняйся. Ты спас меня.

Ярость, которую я обрушил на Делорис, та же самая ярость, которая отказывалась сдерживаться во время моего разговора с Ореном, клокотала у меня в животе, кислота жгла горло.

— Ты не должна так жить.

— Например? Объясни мне.

Отпустив ее, я развернулся в темноте, желая наброситься, нуждаясь в атаке, и все же изо всех сил стараясь излучать спокойствие. Я не хотел пугать мою Чарли́ больше, чем она, несомненно, была напугана.

— Кто-то стрелял в нас сегодня утром.

Даже в тусклом свете я видел, как ее губы побледнели от напряжения, когда она крепко сжала их.

— Я поняла это из разговора, — ответила она, наконец. — Но я ничего не видела. — Ее голос стал громче. — Я ничего не слышала. Откуда мы знаем?

— Так ты ее не видела? — Моя грудь сжалась. Как же она пропустила эту бойню?

— Ее? — спросила Чарли́, опускаясь на край кровати. — Стрелявшая была женщиной?

Я глубоко вздохнул, желая, чтобы мне не нужно было говорить ей, объяснять. Однако именно ее слова прошлой ночью, ее гнев из-за того, что она не знала, подтолкнули меня вперед. Без сомнения, это не самая лучшая идея, но если она хочет знать, то я должен быть тем, кто скажет ей. Глубоко вздохнув, я опустился на колени рядом с ней и взял ее руки в свои.