Мы обе разражаемся истерическим хохотом. Когда смех уже начинает сходить на нет, Мэйв снова шевелит исколотым пенисом перед Сурком, и визг, который он издает, заставил бы постыдиться даже белибера ^[9]. Я вытираю слезы, пытаясь взять себя в руки, а Мэйв достает иголки из члена и бросает их в контейнер для утилизации.

– Это было шикарно, – говорю я.

– Тебе стоит лучше относиться к кастерам в своем гареме, – игриво отчитывает меня Мэйв.

– Умоляю, ему не настолько повезло. – Подмигиваю Сурку, и он прожигает меня взглядом. – Мэйв, это Сурок; Сурок, это Мэйв. Его назначили моим нянькой. На роль моего будущего партнера он не претендует.

Лицо Мэйв становится серьезным.

– Что происходит? Все хорошо?

Я прохожусь пальцами по волосам и со смирением вздыхаю.

– Старейшины забрали меня из дома моего дяди. Мне там было не слишком комфортно, и они воспользовались этим шансом, чтобы вмешаться в мою жизнь, – ворчу я и едко смотрю на Сурка.

Он не обращает внимания на мое недовольство, слишком занятый тем, что рассматривает Мэйв, чтобы заметить на себе мой взгляд.

– Я пыталась убедить их, что могу сама за себя постоять, но, как выяснилось, пока кастеры не пройдут через Пробуждение, к ним относятся как к безмозглым детям.

Я закатываю глаза, и Мэйв понимающе кивает.

– А вот от следующего факта ты будешь в дичайшем восторге, – говорю я тоном, из которого сочится сарказм. – Меня отправили жить с ковеном Эноха Клири и вышеупомянутым Сурком для моей же безопасности. — Не забываю сделать воздушные кавычки в последней части предложения.

Я уже доказала, что, если дойдет до драки, Сурок мне проиграет. По сути, у него нет причин продолжать за мной таскаться. Или делать вид, что он находится здесь по какой-то другой причине, а вовсе не для того, чтобы шпионить за мной и не позволить мне сделать то, что может не понравиться старейшинам.

– Какого хрена тебя отправили к этим придуркам? – восклицает Мэйв.

Я скептически фыркаю и закатываю глаза.

– А ты как думаешь? Они передали старейшине Клири временную опеку надо мной. И тот решил, что с ковеном его сына мне будет комфортнее всего, особенно учитывая, что они супер-пупер сильные кастеры и их магия наиболее совместима с моей.

Мэйв понимающе смотрит на меня и выдает:

– Все это так невинно и, о да, совершенно точно не продиктовано корыстными интересами. Уверена, старейшина Клири и старейшина Альбрехт вовсе не надеются, что ты споткнешься и упадешь ровнехонько на член кого-нибудь из их сыновей в самом разгаре церемонии связи.

Я смеюсь, а Сурок кашляет, очевидно испытывая неудобство от того, что мы обсираем его начальство.

– Ой, да ладно, Сурок, ты же большой мальчик, сними свои розовые очки. Ты не хуже нас знаешь, что происходит на самом деле.

Он качает головой, но от меня не ускользает тот факт, что он не пытается опровергнуть наши слова и подозрения.

– Что будешь делать? – спрашивает меня Мэйв.

– А что я могу? Ребята заявили Право Связи, но угадай с одного раза, кто именно решает, смогу я остаться с ними или нет. Если старейшины отклонят его, я застряну в ковене Клири до тех пор, пока мое гребаное Пробуждение и я сама не войдут в полную силу.

– Твою мать! Быстро-то как! В своих попытках посадить тебя под замок эти ребята времени зря не теряют, – восклицает Мэйв, вскидывая брови, наполовину с восхищением, наполовину в шоке.

– Что я могу сказать: my magic brings all the boys to the yard ^[10].

Я начинаю пританцовывать и напевать продолжение песни. Мэйв смеется, и от переливов ее смеха напряжение, что скапливалось в моей груди, исчезает. Мысль о том, что я на несколько лет окажусь заперта, не имея возможности управлять собственной жизнью, сильно на меня давила.

– Тебе совершенно точно нужно выпустить пар, и, к счастью для тебя, завтра у моей стаи лунная церемония. Можем хорошенько потусоваться, выпить и забыть обо всех проблемах. Тру о тебе спрашивал, – поддразнивает она меня.

– Тру не разговаривает, Мэйв, да и последнее, что мне нужно, – это чтобы за мной увивался очередной парень, у которого нет ни малейшего шанса.

Она смеется.

– У нас с ним ментальная связь. Так что он постоянно трещит о том, как ты надрала задницу этим придуркам-кастерам. Думаю, это в меньшей степени влюбленность и в большей – искреннее желание снова увидеть тебя в деле.

Я усмехаюсь в ответ, и взгляд Мэйв из невинного становится дерзким.