– Все кончено, – шепчет Вален, а я смотрю в его ореховые глаза и чувствую правду в его словах.

– Все кончено, – соглашаюсь я, и в это момент я не вижу шрамов. Я вижу хорошее: как мой партнер обнимает меня, когда мы идем по коридору. Триумф позади, а возможности впереди.

Проходим за Сиа через еще одну высокую дверь, и я понимаю, где мы. Адриэль сказал, что я буду жить здесь, прежде чем меня бросили в камеру. Серое постельное белье смято, комната выглядит далеко не такой ухоженной, как в прошлый раз, когда я была здесь. Кто-то жил здесь? Странно. Разве не я должна была здесь находиться до моей попытки убить ламию бильярдным кием?

В комнате витает тот же успокаивающий аромат. Смотрю на Сиа, в моем взгляде читается вопрос.

Он проводит рукой по каштановым волосам и отступает от меня на шаг.

– Эм-м, это моя комната, – говорит он, и мои брови взлетают вверх от неожиданности. – Я был удивлен, когда Адриэль объявил, что ты будешь жить здесь. Я не знаю, на что он рассчитывал. Может, решил, что тебе будет неспокойно оставаться с тем, кто, как ты думала, предал тебя, или же он подозревал о нашей связи, – объясняет ламия.

Я на секунду задумываюсь, но потом решаю, что мне все равно. Адриэль мертв, и мне не нужно тратить время на то, чтобы разбираться в его гребаных уловках.

Прохожу дальше в комнату. Бастьен, Нокс, Вален, Сабин и Торрез встают позади меня, и я оглядываюсь по сторонам, испытывая еще большее любопытство, когда стало известно, кому эта комната принадлежит. Я не очень хорошо знаю Сиа, но не замечаю в комнате ничего, что раскрыло бы мне грани его личности.

Оборачиваюсь на парней и рада тому, что здесь только мои Избранные. Осталось увидеть Райкера и убедиться собственными глазами, что с ним все в порядке. Энох и Бэкет пошли дальше по коридору в комнату Сорика, а Каллан отправился на поиски Райкера, чтобы поскорее отправить его к нам.

Нокс и Бастьен снимают рубашки и протирают раны на торсах полотенцами, которые дает Сиа. Пытаюсь сделать то же самое, но морщусь от боли, когда пытаюсь поднять то, что осталось от свитера, выше нижней части ребер. Вален приходит мне на помощь и помогает стянуть лохмотья. Я улыбаюсь ему, и он целует меня. Когда он поворачивается, я замечаю у него на спине огромный порез, из которого сочится кровь. Шиплю от испуга.

– Винна, ты выглядишь намного хуже, чем я, так что даже не думай отправить меня к Райкеру первым, – предупреждает Вален.

Я бы, наверное, поспорила, если бы не чувствовала, как теплая кровь стекает с меня и здесь и там. Кладу руки на спину Валена и вливаю в него Целительную магию. Он делает резкий вдох, когда моя магия проходит сквозь него, и вскоре я чувствую, что его раны начинают затягиваться. Придирчиво осматриваю тело, и, когда не вижу ничего серьезного, кроме синяков, отпускаю магию. Меня накрывает волна головокружения, но я не подаю вида.

– Райкер может исцелить нас, Винна. Побереги силы, – ворчит Вален.

– Ты истекал кровью, так что пожалуйста, – возражаю я, и он закатывает глаза.

– Спасибо, – с дерзкой улыбкой Вален щелкает меня по носу.

Сабин посмеивается над нашей перепалкой, а затем объявляет, что идет в душ. Он устремляется к двери, на которую указал Сиа, прежде чем Нокс или Бастьен успевают его перехватить.

Торрез, моргнув, превращается в человека, и Нокс недовольно вздыхает.

– Да пошел ты на хрен, я, в конце концов, оборотень. А эта блестящая палочка… – Торрез улыбается и проводит рукой по животу вниз. – Это неотъемлемая часть меня. Просто не смотри на мой член, раз он тебя так пугает.

Я смеюсь и тут же жалею об этом. Теперь, когда адреналин больше не переполняет мой организм, я чувствую каждый синяк и каждую царапину.

– Блестящая палочка, – все же повторяю я, хихикая, и Нокс игриво смотрит на меня.

– Ты позволяешь Райкеру называть меня Пищалочкой, – ворчу я, и он смеется.

– Да, но Пищалочка – это мило и точно.

– Блестящая палочка тоже мило, – возражаю я, наслаждаясь тем, как его лицо перекашивается.

– Но не точное. Ты хочешь, чтобы я достал свою палочку, Киллерша? – Нокс поднимает брови, и у меня внутри все трепещет.

Ноздри Торреза раздуваются, и я прищуриваюсь, глядя на него.

– Успокойся, Волк, – приказываю ему, протягиваю руку и кладу ладонь на огромную грудь Нокса. Топлю свое жаждущее либидо в Целительной магии и направляю ее в Нокса. На его раны уходит меньше времени, чем на раны Валена, но, когда я убираю руку, комната вокруг меня меркнет.

– Твою мать, Киллерша… – Нокс подхватывает меня.

Пытаюсь избавиться от ощущения, что плыву по течению, но не могу.

– Она потеряла много крови.

– Где там Райкера носит? – кричит Бастьен, и его голос пропитан беспокойством.

Сиа мелькает у меня за спиной, и Нокс подпрыгивает от неожиданности.

– Во имя гребаных звезд, предупреждай, прежде чем так делать, ладно? – Нокс прижимает ладонь к груди, как будто это движение каким-то образом убедит сердце успокоиться.