— Хмм, ― бормочет он, расстроенный, а я внутренне хлопаю себя по спине за хорошо выполненную работу.
— Плохой день? ― Я вскинула бровь.
— С каждой секундой становится все хуже, ― говорит он, снимая пиджак и бросая его на диван.
— Очень жаль. ― Я притворно улыбаюсь. — Разве ты не собираешься спросить о моем дне?
— Я уже знаю, как прошел твой день, ― отвечает он, ослабляя галстук.
— Так и есть. Но все равно приятно, когда тебя спрашивают.
— Я не делаю ничего хорошего, жена. Я думал, ты уже знаешь это обо мне.
— Ты прав, это так. Я просто подумала, что ты можешь меня удивить. Это справедливо, раз уж мне удалось удивить тебя сегодня.
Злобная ухмылка, которую он бросает на меня, заставляет меня хлопать от радости в груди.
Это официально.
Этот человек превратил меня в сумасшедшую, лишенную здравого смысла и самосохранения.
Он занимает место напротив меня и наливает вино в свой бокал. Я даже не сопротивляюсь, когда он наполняет и мой бокал.
Ведь Келли пьют, в конце концов.
И, как он постоянно любит напоминать мне, я теперь Келли.
— Итак, что Эльза приготовила для нас сегодня вечером?
— Не Эльза. Я. Я готовила. Я сказала ей, что отныне она не должна утруждать себя этой частью работы и может просто сосредоточиться на домашних делах.
— И что я скажу ей, когда ты перестанешь готовить мне еду, жена? ― говорит Тирнан, напоминая мне, что мое время здесь имеет обратный отсчет.
— Не моя проблема.
К моему огорчению, небольшая усмешка, которая его покидает, согревает меня.
— Итак, что я собираюсь есть?
— Birria de Chivo — рагу из козьего мяса. Надеюсь, тебе понравится.
— Правда? ― Еще одна усмешка. — А что такое Birria de Chivo?
— Козье рагу, ― пропела я.
Он бледнеет на долю секунды, а затем смеется. Настоящий громкий и гордый смех, которого я никогда не ожидала от такого человека, как он. От этого он выглядит как-то мягче.
— Ну, думаю, будет справедливо, если ты дашь мне козленка поесть. Я бы предположил, что ты скорее увидишь меня голодным, чем когда-либо накормишь меня, жена.
— Каждый заслуживает того, чтобы быть сытым. Я не настолько бессердечна, муж.
— Нет. Ты не такая, ― шепчет он под дых, глядя прямо на меня.
Мне приходится отвести взгляд и склонить голову к своей тарелке, когда я замечаю, что его зеленый глаз смягчается, а голубой ярко сияет. Когда я беру вилку вкусного рагу в рот, Тирнан принимает это как сигнал к тому, чтобы начать есть.
Когда проходит несколько долгих минут, и никто из нас не пытается ничего сказать, я решаю нарушить молчание, задав несколько вопросов, которые не давали мне покоя в последнее время.
— Не то чтобы я жаловалась, но эта квартира нуждается в женском прикосновении, чтобы сделать ее более привлекательной. Разве никто из твоих предыдущих подруг не предлагал тебе украсить ее?
Тирнан чуть не подавился своим рагу, схватив свой бокал, чтобы вино помогло ему лучше усвоиться.
— Это действительно подходящий разговор для ужина?
— Почему бы и нет? Ты никогда не давал мне намека на то, что ты слишком заботишься о приличиях. Я не вижу ничего плохого в желании узнать, сколько женщин приходило в твою квартиру до меня.
— Я думал, что тебя интересует исключительно его декор, а не то, сколько женщин я здесь трахнул.
Конечно, Тирнан не может оставить меня без языка, просто используя слово «трах».
— Я старалась быть помягче. Прости меня, если я не так прямолинейна, как ты.
— Ты прощена. ― Он хихикает, развлекаясь.
— Ну, ты собираешься мне сказать, или ты намерен оставить меня в неизвестности?
— Думаю, я выберу последнее. ― Он дьявольски ухмыляется, прежде чем сделать еще один глоток вина.
Когда я смотрю на него, это только еще больше его забавляет.
— Прекрасно. Я могу честно сказать, что никогда не приводил домой женщину. Я даже не был уверен, что когда-нибудь приведу тебя сюда, а ведь я женат на тебе.
— Что заставило тебя передумать?
Его юмор исчезает.
— Следующий вопрос, Acushla — дорогая.
Чувствуя, что я задела больное место, я не пристаю к нему с ответом.
— Сколько же у тебя было подружек, прежде чем ты женился на мне?
— Нет.
— Ни одной? ― недоверчиво спрашиваю я.
— Нет.
— У тебя никогда не было никаких отношений ни с одной из твоих сексуальных партнерш?
— Я так и сказал.
Когда я рассеянно прикусываю губу, чтобы усвоить этот кусочек информации, он стонет и возвращает свое внимание к тарелке. Я тут же отрываю зубы от губы, пока его желание отвечать на мои вопросы не пропало.
— Ты спал со многими женщинами?
— Да.
Ну, это был глупый вопрос.
Конечно, да.