Людей безжалостно убивали. Песок краснел от крови. Брайс трясло, она до боли сжала зубы. Сколько убитых: военных и горожан. Взрослых и… Боги, ей не выдержать зрелища мертвых детских тел.

Азриель шепотом грязно выругался. Дыхание Несты стало прерывистым.

– Мы перемещались из города в город. Захватывали понравившиеся земли. Забирали людей в рабство, чтобы теперь они строили не для себя, а для нас.

Но не все покорялись нам. Их города-государства объединялись, как некогда мы, фэйцы, объединялись против дагланского владычества.

Сердце Брайс не возликовало, когда она увидела легионы и фаланги человеческих воинов в бронзовых доспехах, выстроившихся для сражения с фэйцами, доспехи которых сверкали на солнце. Она знала, чем кончится это сражение.

Знала от Джезибы, у которой тогда работала. Все упоминания о той битве были вымараны из официальной истории.

Но знал ли Аидас о том, что творила Тейя, а вместе с ней – Хелена и Силена? Должен был знать, ведь он любил Тейю. И как ему хватало наглости говорить о ней так, словно она – святая, а не гнусная убийца? По его словам, свет, унаследованный Брайс, был несказанным благом.

Эта звезда у нее на груди… это был свет убийцы, кем и являлась ее древняя предшественница.

Может, ее за тем и послали сюда – узнать правду? Оказывается, она вовсе не была потомком храброй королевы, а имела гнилую кровь, повод для стыда и презрения.

И не важно, звезда ли хотела, чтобы она об этом знала, или была иная причина. Она узнала правду, и это уже не сотрешь из памяти.

Ей никогда не искупить злодеяний, содеянных ее предками.

Эти мысли вонзались в сердце Брайс, как осколки стекла. Она могла бы прямо сейчас уйти отсюда, послав подальше воспоминания Силены и иллюстрированный урок истории. Но что, если там найдется хоть какой-то намек на то, как спасти будущее Мидгарда?

Брайс продолжала слушать.

Итан стоял на краю ринга, не в силах сделать ни шагу.

Он участвовал в этом. В предельном бесчестье, в предательстве всего, кем он был в обеих ипостасях – гуманоидной и волчьей.

Сигрид, стоявшая на другой стороне ринга, была совсем невысокой. Слишком худой, хрупкой, ничего не знавшей об этом мире. Об этой реальности. Неужели он освобождал ее из плена только затем, чтобы ее жизнь оборвалась здесь?

– Начинайте, – велела им Королева Змей.

Флинн, Дек и Тарион стояли у борта, едва сдерживая гнев.

Тарион был прав. А он по непростительной глупости связался с Королевой Змей, думая, что все пройдет легко. Ну, получит несколько ожогов…

А теперь Ариадну удалили отсюда. В этом была и его вина. Он едва успел узнать драконессу, но и ее судьба ложилась на его совесть.

– Я сказала, начинайте! – уже резче повторила Королева Змей.

Глаза Итана встретились со светло-карими глазами Сигрид.

Альфа. Наследница династии Фендир. Потенциальная предводительница. А теперь – его противница. Все его принципы, все устои жизни волка…

Итан не позволил себе увязнуть в этих мыслях. Не дал ей угадать свои последующие движения. Он бросился в атаку раньше, чем заговорят остатки совести и оттащат его от края пропасти.

Он метил Сигрид в лицо, но она увернулась, продемонстрировав потрясающую скорость. Скорость настоящей альфы.

Итан повторил выпад, и снова его кулак поразил воздух. Повинуясь инстинкту, Сигрид пригнулась.

Потом прыгнула сама, взмахнув когтистыми руками.

Итана потряс вид этих когтей, выпущенных с такой готовностью. Он замешкался всего на секунду.

Сигрид полоснула его по ребрам. Тело обожгло болью, словно на кожу плеснули кислотой.

Флинн выругался. Итан отскочил вбок, прижав руку к ране. Между пальцами струилась теплая кровь.

Что-то внутри заставило Итана сосредоточиться. Добавило ему спокойствия. Это был поединок волка с волчицей. Альфы с… тем, кем он был, – волком без стаи.

Итан вновь атаковал, метя противнице в нижнюю часть туловища.

Его кулак попал в мягкий живот Сигрид, но она не отступила. Повернувшись, волчица ударила его локтем в нос. Маневр не отличался изяществом, но говорил о природной смекалке Сигрид. У Итана хрустнула кость, брызнула кровь, а через мгновение когти волчицы впились ему в лицо.

Он попятился, сообразив, что она намеревалась царапнуть ему по глазам. Итан подсек ее и швырнул на пол.

– Холстром! – крикнул Тарион.

Итан не знал, предостережение это или упрек. Думать было некогда – когти Сигрид проехались ему по плечу. Итан отступил и с рычанием отодрал ее когтистую руку от своего плеча.

Сигрид упала на спину, но тут же вскинула ноги и лягнула его. Итан попытался схватить ее за лодыжки, но потерял драгоценные секунды. Ноги волчицы ударили его в живот, и он отлетел назад.

Он приземлился в другом конце ринга, и глухой стук падения отозвался во всех его костях.

Стыд засасывал Тариона, словно трясина, но русал продолжал следить за кровавым зрелищем.