Рунн вернулся к двери, чтобы следить за коридором. Окутав себя тенями, он просматривал пространство коридора и лестницу в дальнем конце. Хорошо, если у них есть в запасе минута, пока бдительные астерийские псы не явились сюда.

Лидия вскрикнула. Рунн повернулся в ее сторону и увидел, что она бежит к двери.

– Поллукс держит их под дворцом, – скороговоркой сообщила она и выскочила в коридор.

Рунн выбежал следом.

– Что значит «под дворцом»? – на бегу спросил он.

– В зале с приемником первосвета, который тогда обнаружила твоя сестра. Это на этаж ниже архива.

– Лидия! – Рунн схватил ее за руку. – Это ловушка. Их там не может быть.

Лидия наставила на него пистолет:

– Я пойду. Если это ловушка, что ж, так тому и быть. Но я все равно пойду.

– Понимаю. – Рунн поднял руки. – Я пойду с тобой. Но сначала нужно обдумать наши…

Лидия снова кинулась бежать, едва опустив руку с пистолетом. Отовсюду слышались испуганные крики обслуги дворца, торопившейся поскорее убраться из логова астериев. С одной стороны, общая паника облегчала задачу, а с другой… Лидией владело отчаяние, даже безумие, превращая ее в опасного союзника. Хладнокровия Лани как не бывало. В таком состоянии она погибнет сама и погубит сыновей.

Рунн не мог допустить, чтобы это произошло. Если кому и лезть в астерийское пекло, то ему.

Он помчался по лестнице, догоняя Лидию, а догнав, щелкнул предохранителем своего пистолета.

Услышав щелчок, она остановилась. Повернулась к Рунну. В глазах застыло изумление. На пистолет она даже не взглянула. Она и так знала, откуда этот звук. Лидия смотрела только на Рунна. Глаза ее были холодными, непроницаемыми. Глазами Лани.

– Я не позволю, чтобы тебя убили.

– Я никогда тебе этого не прощу, – ледяным голосом произнесла она. – Никогда.

– Знаю, – ответил Рунн и выстрелил один раз, целя ей в бедро.

Лидия вскрикнула от боли и рухнула на ступени. Пуля прошла навылет и рикошетом отскочила от верхних ступеней. Звук выстрела и ее крик разрывали Рунну душу. К счастью, то и другое потонуло в хаосе голосов на верхних этажах.

Она зажала рану ладонью. Рунн стрелял так, чтобы не задеть ни одной важной артерии. Казалось, пылающие глаза Лидии целиком состоят из жгучего гнева.

– Я убью тебя…

Лидия потянулась к своему пистолету, словно и в самом деле готовилась выстрелить в упор. Рунн не стал дожидаться этого момента. Торопливо убрав пистолет, он помчался вниз по лестнице, оставив Лидию истекать кровью.

Водные артерии Вечного Города были старыми, странными и весьма враждебными.

Тарион ненавидел их. Особенно сейчас, когда освободился от оков паразита, получив дополнительный приток силы. Душа и тело остро воспринимали все, что находилось вокруг, и им это очень не нравилось.

Лента реки змеилась вдоль городских кварталов. На дне не было никакого русалочьего двора. Жизнь в этой реке почти отсутствовала, если не считать донных рыбешек, питавшихся падалью, и непонятных существ, прячущихся в тени.

А на поверхности царил хаос. Там бились армии, взрывались серные ракеты и сами по себе летали ожившие крылья.

Вода приглушала звуки. Она же подсказывала Тариону, куда ему двигаться вместе с сумкой, где хранилось противоядие. Словно проводник, вода сопровождала русала до самой решетки, по другую сторону которой начинался канал, что вел во дворец астериев. Жабры Тариона вспыхнули. Он без труда сломал решетку и оказался в темном туннеле. Он включил налобный водонепроницаемый фонарь, который догадался захватить с собой.

Вода и дальше указывала путь. Тарион плыл со скоростью торпеды, спеша во дворец астериев.

То, что творилось сейчас в Вечном Городе, затмевало трагические события весны в Лунатионе. Повсюду рвались бомбы. Астерийская гвардия безостановочно вела обстрел серными ракетами. На горе Хермон пробуждались к жизни механокостюмы.

Все началось сравнительно недавно, а уже столько разрушений. Многовековой гнев ангелов достиг высочайшей концентрации.

У Брайс слегка кружилась голова. Хватая ртом воздух, она сдернула Маску и оглядела холм, куда они телепортировались. Хант побежал туда, где стоял принц Пропасти и наблюдал за кишащей массой чудовищ, которая двигалась к городским стенам.

– Начинается второй этап, – произнес он.

Немного очухавшись, Брайс побрела к Аидасу и Ханту. Наземная и воздушная армии Хела, исходящие гневом и жаждущие крови, были нешуточными противниками.

Она знала: по-другому никак. Чтобы выстоять против астериев, на них нужно было обрушить ярость Хела. И все равно, даже будучи союзническими, армии далекой планеты внушали ужас. Оставалось лишь поверить Аидасу и его братьям, что они будут держать своих демонов на коротком поводке.

– Наши почти добрались, – сказал Аидас.

Как и Танатос, он был в черных доспехах. А Танатос и Аполлион сейчас находились либо в гуще сражения, либо координировали действия отрядов.