Его дыхание обдает мою шею, и я чувствую, как он наклоняется ко мне. Мягкие губы касаются раковины моего уха. По позвоночнику, словно бушующий водопад, пробегает дрожь.

– Какая хорошая девочка, – отвечает он.

Я оборачиваюсь, готовая высказать ему все, но из моих уст не вырывается ни слова; мои губы оказываются пойманы между его губами в ту же секунду, когда я оказываюсь лицом к лицу с ним.

Я инстинктивно прикусываю его нижнюю губу. У него вырывается глухой стон, подстегивая меня кусать сильнее. Между нашими соединенными губами вспыхивают взрывы, сопровождаемые ароматом мяты и слабого дыма.

Он восхитителен на вкус, и мне хочется вырвать его из своего рта.

Словно он услышал мои мысли, его ладонь тянется вверх, чтобы обхватить мой затылок, а пальцы запутываются в глубине моих волос и притягивают меня невероятно близко.

И тогда я делаю кое-что очень глупое.

Я втягиваю его нижнюю губу в свой рот, теряясь в его вкусе. Ощущая его плоть на моей.

Осознав, что я делаю, я выпускаю его губы, пытаясь отстраниться от него. Его рот – это наркотик, и, как и настоящий, он заставляет меня принимать невероятно глупые решения.

Он не отпускает меня и вместо этого возвращает это чувство снова. Он втягивает мою губу и резко прикусывает. Я задыхаюсь от боли, позволяя ему проникнуть в мой рот.

Моя киска отвечает ему, пульсируя в такт движениям его языка. Меня захлестывают воспоминания, как этот язык скользил по моему клитору.

У меня вырывается непроизвольный стон, и как только он слышит предательство моего тела, его поцелуй становится яростным.

Он полностью поглощает меня, сосет и лижет мои губы и язык так, как мне еще никогда не доводилось ощущать. Я бессильна остановить его, как и бороться с ним.

Еще одно рычание рвется из этого рта – единственное предупреждение о его следующем шаге. Он хватает меня за талию и направляет к зеркалу, прижимая меня к прохладному стеклу своим телом.

– Какая хорошая, черт подери, девочка, – хвалит он, прежде чем впиться в мои распухшие губы еще одним поцелуем до синяков.

Задыхаясь, я отвожу голову, втягивая драгоценный кислород. Он зажимает мои щеки между своими большими ручищами и рычит на меня.

– Дай мне эти чертовы губы, – хрипит он, проталкивая свой язык обратно в мой рот.

Мои руки вклиниваются между нашими телами и проходят по его животу, покрытому мускулами, к его упругой груди. Я грубо отталкиваю его, наши губы разъединяются с громким звуком.

– Подожди, остановись, – задыхаюсь я, мой разум затуманен и дезорганизован.

– Что я сказал? – сурово требует он.

Его несовпадающие глаза ловят мой взгляд своей одурманивающей хваткой. Мне трудно отвести взгляд; кажется, что я смотрю в глаза хищника.

Он и есть хищник.

– Что? – выдыхаю я, моя голова все еще кружится от поцелуев.

– Если я тебя поймаю, я тебя трахну, – медленно повторяет он с металлом в голосе.

Мой рот открывается, но слова никак не могут вырваться.

– Нет, не трахнешь, – отказываюсь я, сильнее упираясь руками в его грудь.

Его губы шепчут на моей щеке, проходят вдоль линии челюсти, а затем опускаются ниже.

– Потому что ты боишься, что тебе это слишком понравится, – заключает он, прежде чем резко укусить меня за шею. Моя спина выгибается, по коже бегут мурашки от озноба. – Потому что ты знаешь, что станешь такой же зависимой, как и я.

– Нет, – шепотом отрицаю я. – Потому что я тебя не хочу.

Он поднимает голову, на его губах играет всезнающая ухмылка.

– Так ты будешь моей плохой девочкой сегодня? Лгать мне в лицо и делать вид, что твоя киска не изнывает от желания наполниться моим членом.

Я чувствую, как к моим щекам приливает кровь, от гнева и смущения одновременно.

– Не все должно сводиться к физическому влечению, – наконец отвечаю я. – Может, мое тело и хочет тебя, но вот здесь, – я постукиваю пальцем по виску, – я тебя не хочу.

Он медленно кивает головой, его глаза в задумчивости скользят по моему лицу. Он отступает на шаг, оставляя меня покинутой и замерзшей.

Это ощущение похоже на черную пелену, заслонившую солнце в жаркий летний день, – просто внезапный, леденящий до костей холод.

Он хватает меня за руку и оттаскивает от зеркала. Он кружит меня, пока я не начинаю видеть лишь бесчисленные отражения, которые окружают нас, повторяя наш облик со всех сторон.

Я смотрю на него в отражениях. Он снова прижимается своим телом к моему, и его тепло снова проникает в мои поры. Мой взгляд устремляется в одно из зеркал, и наши глаза встречаются через стекло.

Медленно он склоняет голову, пока его рот не оказывается прямо у моего уха; его глаза не отрываются от моих.

– Хочешь узнать, почему я люблю зеркальные дома? – шепчет он мне на ухо, разжигая искры во всех моих нервных окончаниях. Его голос полон темных обещаний и опасных начинаний.

Я тяжело сглатываю.

– Почему? – шепчу я.

– Оглянись вокруг, – мягко приказывает он.