Лицо Роберта, изначально привлекательное и полное жизни, теперь было искажено ужасом. Глаза, широко распахнутые, как будто он все еще искал спасение за пределами этого мгновения, оказались наполнены паникой. Его рот был чуть приоткрыт, как будто мужчина пытался закричать, но не смог. Эти детали придавали ему дотоле невиданный, незаслуженный вид слабости.
Смотря на Роберта, Вивиан ощутила, как вскипает в ней гнев, и хитросплетение чувств неимоверно обострилось. Это был еще один человек, жизнь которого была забрана без причины, и детектив горько осознала, что лишь за несколько недель произошли две неописуемые трагедии.
Детектив сжала кулаки, собравшись с силами, посмотрела на Джонни и, отведя взгляд от тела, произнесла:
– Нужно поговорить с его близкими, выяснить, с кем он встречался. Мы должны найти какие-то связи между всеми этими событиями и понять, куда они нас ведут.
Джонни кивнул, понимая, что они только на пороге очередного этапа расследования и что каждое новое убийство обнажает новые грани этой запутанной истории.
Собрав все улики и досконально исследовав место преступления, Вивиан и Джонни вернулись в участок поздно ночью. Устало пробираясь по полутемному коридору, она ощущала, как ноги, словно грузовые машины, тянут ее вниз, а голова постепенно наполняется густым туманом. С каждым шагом все больше оседала усталость, и мысли начали путаться в действиях, проведенных за долгие часы расследования.
Когда они наконец добрались до дежурной части, темные залы участка выглядели еще более мрачными и угнетенными. На столах были разбросаны бумаги дежурных, а за окном раскинулась ночь, полная непредсказуемых тайн.
Вивиан включила компьютер и принялась анализировать собранные материалы. Она вздыхала, осознавая, что, как и в прошлом деле, отпечатков нет нигде. Это было ее второе столкновение с подобным случаем.
– Вот черт, – пробормотал Джонни, сидя рядом и рассматривая результаты экспертного анализа. – Никаких следов, никакой криминалистики… Если бы только мы нашли что-то…
Его голос звучал так же устало, как и ее собственные мысли. Вивиан кивнула, потирая ладонями виски, чтобы избавиться от нависшей тяжести головной боли. Она чувствовала, как ее глаза начинают слипаться, как будто они боролись с невидимыми цепями, стремясь вырваться из плена бессонных ночей и слабости.
– Нам нужно отдохнуть, – произнесла она с усталостью. – Мы не можем продолжать в таком состоянии. Нужно собраться с мыслями…
– Да, но… – начал Джонни, но она прервала его.
– Завтра мы продолжим, – сказала Вивиан решительно, хотя внутри нее все еще жила искорка сомнения. – Поспим, отдохнем.
Они начали собираться. Выключив везде свет, Джонни и Вивиан вышли на улицу. Ночной воздух был прохладным и свежим, а уличные огни светили тускло, освещая пустынные улицы города. Каждый шаг отзывался эхом, потому что в этот поздний час улицы выглядели заброшенными. Вивиан чувствовала, как усталость накатывает, но в то же время ее разум постепенно начинал проясняться, когда они подходили к своим машинам.
Перед тем как разойтись, Джонни неожиданно вспомнил кое-что и сказал:
– Кстати, Вив, помнишь, ты просила разузнать про Тали Берд и ее сына?
Она остановилась, обернувшись к напарнику с интересом.
– Ты что-то узнал? – В голосе Вивиан звучал легкий намек на надежду.
– Да, но совсем немного. Имя ее мужа – Энтони Берд.
– Энтони… – повторила она, словно это имя было для нее знакомым. Внутри как будто леденящий холод стал сковывать ее сердце. Неужели это тот мальчик из приюта?
Она стояла на месте, и, казалось, мир вокруг замер, в то время как события из прошлого вновь начали активно проявляться в ее сознании. С трудом удерживая эмоции на поверхности, Вивиан почувствовала, как внутреннее напряжение начинает нарастать, словно натянутый канат, который вот-вот порвется.
– Да, сложно сказать, почему его имя не числится в базе данных. Это очень странно, ведь он был военным. Мне сказал об этом наш начальник, он помнит его. Но после смерти жены Энтони без вести пропал, – продолжал Джонни, видя, как напряжение на лице Вивиан нарастает.
Ошеломительное осознание поразило ее до кончиков пальцев. Мурашки волной пронеслись по всему ее телу. Вивиан глубоко вздохнула, но воздух в легких был тяжелым, словно он ждал, чтобы выплеснуться худшими воспоминаниями. Она заметила, что сердце стучит так сильно, что ощущение пульса стало практически физической болью в груди.
– Спасибо, Джонни, – бросила детектив, ее голос звучал резко и вымотано, прежде чем она стремглав направилась к своей машине.