– Супер! – соглашается Фелисити и, чтобы доказать это, придвигается ближе и кладет голову мне на плечо.

Я самым нахальным образом отодвигаюсь от нее вправо. Фелисити валится и чуть не ударяется головой о стол, но успевает удержать равновесие.

– Вы так здорово смотритесь вместе, хоть в рекламе снимай. О, погодите, у меня есть идея! – Хартли разворачивается на стуле и притворяется, как будто выискивает кого-то. – Кто делает снимки для альбома выпускников? Надо увековечить ваш первый совместный ланч.

Никто ей не отвечает. Она пожимает плечами и достает свой телефон.

– А давайте я вас сфотографирую, а потом перешлю тем, кто занимается альбомом?

Хартли наводит на нас камеру.

Если бы в столовых можно было душить девчонок, мои руки уже давно сжимали бы горло Хартли. Но Фелисити вдруг плюхается ко мне на колени, и я вынужден использовать руки для других целей – сдвинуть ее на соседний стул, – прорычав:

– Никаких фоток!

Хартли делает вид, будто обдумывает это.

– Ты прав. Это будет ваша первая фотография, и пусть лучше ее сделает профессиональный фотограф. Первый раз бывает лишь однажды.

– Ты хочешь умереть, да? – с угрозой спрашиваю я Хартли.

Фелисити же покровительственно улыбается ей.

– Вижу, ты пытаешься скрыть свою ревность за этой фальшивой радостью, и хочу предупредить тебя. Мы с Истоном – пара. Тебе придется смириться с этим. Ну а пока, если хочешь кого-то пожалеть, то иди утешь Клэр.

Мы втроем поворачиваемся к Клэр, сидящей за два столика от нас с выражением глубокого отчаяния на лице. Я смущенно отворачиваюсь. Хартли тоже отводит глаза.

Зато Фелисити не перестает лучезарно улыбаться.

– О, это же наш новый квотербек! – Она машет рукой. – Брэн! Брэн, сюда!

Брэн машет ей в ответ и направляется к нам.

– Привет, спасибо, что пригласили, – говорит он, опуская свой поднос напротив моего. – Я не знал, куда сесть.

– Вон там стол футболистов. – Я указываю вилкой на две больших группы парней рядом с окном.

– Я вижу их каждое утро, – отвечает Брэн. – По-моему, этого более чем достаточно.

Что тут скажешь, когда я и сам редко обедаю с ними.

– Это все очень здорово, – объявляет Фелисити. – А чем занимается твоя семья, Брэн?

На его лице появляется озадаченное выражение.

– Э-э, не совсем понимаю, о чем ты.

– Она хочет знать, на какой ступени социальной лестницы находится твоя семья. Другими словами, достаточно ли ты богат, чтобы разговаривать с тобой, – объясняю я.

Фелисити закатывает глаза.

– Все совершенно не так, Истон. – Но ее показной образ скромницы рушится, когда она повторяет: – Так чем занимаются твои родители?

– Мой папа – бухгалтер, а мама – учительница в начальной школе Беллфилда.

– О, ну, это… – Фелисити ищет подходящее определение, потому что на самом деле она в ужасе.

– Рядом с Артуром Флемингом есть свободное место. – Я показываю на тощего парня с темными волосами, в круглых хипстерских очках. Флеминги владеют крупной компанией по производству замороженных продуктов. – Слышал, у него нет девушки.

– Спасибо, но мне и так хорошо, – сухим тоном отвечает Брэн.

– Он обращался ко мне, пупсик. – Фелисити похлопывает Брэна по руке, а потом поворачивается ко мне. – Какое мне до этого дело, если у меня есть ты, Истон Ройал?

Хартли хихикает, но быстро прикрывает рот рукой, притворяясь, что закашляла.

– Как первые уроки? – спрашивает она у Брэна.

Он благодарно улыбается ей.

– Нормально, но я в шоке от объема домашней работы. В моей старой школе в Беллфилде никогда так много не задавали.

– Точно! – стонет Хартли. – Мне нужно сдать большую письменную работу через три недели и еще составить план для проекта по химии. Не хочу делать все это в последнюю минуту.

Брэн сочувственно кивает.

– В прошлом году у меня была лабораторная работа по химии. Могу поделиться с тобой своими записями…

– Элла! Вэл! – я машу рукой девчонкам.

Под моим убийственным взглядом Брэн умолкает. Знаю я, к чему приведут все эти разговоры, и нужно срочно пресечь это. Брэн даст свои конспекты Хартли, а потом окажется в ее маленькой квартирке на диване. Потом их губы встретятся, а я вышибу дверь и сломаю руку нашему новому квотербеку.

Пусть я смирился с тем, что у нас с Хартли не будет секса, но это не означает, что я хочу, чтобы он был у них с Брэном Мэтисом.

К счастью, к нашему столику подходят Элла и Вэл, и с их появлением тема разговора меняется.

– Почему мы сегодня сидим здесь? – спрашивает Вэл. – По-моему, наш обычный столик возле окна?

– Там мало места, – отвечаю я, ногой отодвигая для нее стул.

– Да полно там…

– Здесь тише, – перебивает ее Элла. – Думаю, поэтому Истон и решил сесть тут. Да, Ист?

Я закатываю глаза. С каких пор мне нужно объясняться перед ними?

– Да.