— Черт возьми, да, — стонет Шпик. — Я видел, что ее мысли движутся в этом направлении, и, черт возьми, ждал этого.

— Я больше не устаю, твои сиськи исцелили меня, — заявляет Потрошитель, шагая за мной.

Смеясь, я взлетаю, но чья-то рука обхватывает меня за талию и дергает.

— Осторожнее, не разорви меня, — насмехаюсь я.

Он поворачивается и толкает меня к грязной стене, мое лицо вдавливается в кирпичи.

— Ты заплатишь за это, — шепчет он, прежде чем прикусить мочку моего уха.

— Я чертовски на это надеюсь, — усмехаюсь я, отбрыкиваясь.

Интересно, как я могу отыметь их всех прямо сейчас?

— Это может сработать… — Шпик задумывается, и я слышу, как он и Стрикер шепчутся между собой, разбираясь в вопросах логистики.

Одна вещь, которую я узнал, это то, что они все доминанты, но Стрикер любит быть главным, он любит смотреть, как меня трахают, когда он инструктирует нас, но сегодня мне нужны они все, а не только их глаза.

— Такая нетерпеливая, — бормочет Потрошитель, целуя меня в шею и раздвигая мои ноги.

— Тогда поторопись и трахни меня, — требую я.

Он сильно кусает меня за шею в наказание, а его рука извивается между моим телом и стеной и задирает мою рубашку, чтобы погладить мою кожу. Потрошитель трется под моим пупком, это место прямо перед моими джинсами, заставляя меня задыхаться, когда я снова откидываюсь назад. О чем, черт возьми, они там шепчутся?

— Не волнуйся, я тебя развлеку, — шепчет Потрошитель. Ой, кажется, я сказал это вслух.

Его ладонь скользит ниже, и он щелчком расстегивает мои джинсы, проводя пальцами по моей обтянутой трусиками киске.

— Чувак, это не порно, просто, блядь, начинай уже, — хнычу я.

— Я соблазняю тебя, — раздраженно бормочет он.

— Я была бы чертовски соблазнена, если бы ты просто засунул в меня свой чертов палец, — дерзко отвечаю я.

Он застывает со стоном.

— Ты такая романтичная, — шутит он.

— Ладно, у кого-нибудь еще есть что в меня воткнуть, пока Потрошитель идет за одеялом, розами и кровавым закатом для романтичного траха, которого он так страстно желает, — кричу я громче.

— Черт, кто-то засуньте ей член в рот и заткните уже ее, — отвечает Потрошитель.

Закатив глаза, я хватаю его за руку.

— Вы не можете просто совать член мне в рот каждый раз, когда хочешь, чтобы я замолчала.

Он замолкает, и я чувствую, как они все переглядываются.

— Мы не можем? Но это же так хорошо работает, — поддразнивает Шпик.

— Вам, придуркам, лучше заткнуться и смириться, а то я перейду… — я замолкаю, а Потрошитель облизывает мне горло.

— К чему? — спрашивает он.

— К чему-то плохому, чему-то по-настоящему злому… Может быть, выброшу пару твоих задротных носков… или опустошу твой порно-тайник, — задыхаюсь я, когда его палец скользит в мои трусики и обводит мой клитор. — Превращу твою комнату в порно-версию арт-атаки, — продолжаю я, мой голос срывается, когда он просовывает один палец внутрь меня, а затем добавляет другой и сгибает их.

— Почему все это связано с порно? — слышу, как Шпик что-то шепчет Стрикеру.

— Потому что порно — это счастье жизни, как пончики и вино! — Я защищаюсь и стону, когда он начинает трахать меня пальцами.

— Заткнись, — требует он, кусая меня за шею.

— Заткнись сам, прямо сейчас, — отвечаю я, и он трясется от смеха.

— Поверни ее и привались спиной к стене, — приказывает Стрикер.

Черт возьми, да, давайте начнем эту секс-вечеринку. У каждого здесь есть праздничная сумка… Погодите-ка, не слишком ли далеко я зашла со своей метафорой? Возможно.

Потрошитель поворачивает нас и прижимается спиной к стене, удерживая меня рукой, все еще засунутой в мои трусы рукой.

— Потрошитель, возьми ее за задницу. Шпик, ты отымеешь ее киску, а потом я, — инструктирует Стрикер, прежде чем отступить и посмотреть на меня.

— Ну, и кто теперь романтик? Он сделал меня похожей на чертову коробку с головоломками, — бормочу я Потрошителю, заставляя его снова рассмеяться.

— Сэр, да, сэр. Нам нужна схема, сэр? — шучу я, фальшиво отдавая ему честь.

Его брови выгибаются дугой, когда он пробегает по мне взглядом.

— Только вот что, Шпик, убедись, что она не кончит первой.

— Черт, нет, подожди! Извини, я просто хотела помочь! Диаграммы дали бы нам знать, как идти и куда двигаться, это была умная идея, — надулась я.

Он закатывает глаза, улыбка играет на его губах.

— Хорошо, но у тебя есть всего один шанс. Рот закрой, — приказывает он.

Я застегиваю молнию на губах, и Потрошитель вытаскивает пальцы из моей киски, заставляя меня надуть губки. Когда я не жалуюсь, он смеется.

— Я мог бы привыкнуть к этому, — шутит он, а Шпик со Стрикером соглашаются.

Щурюсь на всех них, но держу рот на замке, оргазмы на кону, черт возьми!