Конечно же, она больше не звонила Стасу.

Утром Лера приехала в офис бюро и молча положила перед Вадимом заявление об увольнении.

– Что? Даже не потребуешь компенсацию?

– Подписывай.

По его лицу было видно, что он до конца надеялся на иной финал. Но даже в этот момент ставил подпись медленно и с явной неохотой.

– Не думал, что сдашься так быстро.

– И?

– Просто говорю.

– Это тоже подпиши, – Лера протянула ему заявление об отпуске. – Находиться тут ещё две недели я не намерена.

– Играешь в обиженку?

– Ставлю свои интересы выше твоих ожиданий, – не прощаясь, Лера забрала подписанные заявления и пошла в бухгалтерию за расчётом.

* * *

Через неделю лондонский директор по персоналу Renoy получил электронное письмо с сообщением о недостойном поведении руководителя московского офиса, принуждавшего сотрудницу решать деловые вопросы недопустимым путём под страхом увольнения. Письмо содержало несколько вложений: аудиофайл, нотариально заверенный перевод и детальное пояснение Леры сути всей ситуации.

Спустя десять минут руководитель британского филиала звонил корпоративному юристу, и ещё через час они втроём набирали номер московского офиса.

На следующий день Вадим был уволен, а Лера получила вежливое, но настойчивое приглашение в Лондон для личной беседы и дальнейшего урегулирования конфликта.

Примерно в то же время она отправила аналогичное письмо Диме без какой-либо надежды на результат или хотя бы хлёстко-ироничный ответ.

* * *

5 августа 2021 года

Лера возвращалась домой из салона красоты накануне поездки в Лондон. Выйдя из машины, она открыла багажник и достала новенький чёрный чемодан. За спиной раздалось до дрожи знакомое:

– Привет.

Лера зажмурилась, ожидая удар по голове с целью дальнейшего путешествия в багажнике тёмно-синей Ауди до ближайшей лесополосы. Но удара не последовало, и она медленно повернулась:

– Стас?

– Нет, фея-крёстная.

– Скорее злая мачеха.

Он ухмыльнулся и сунул руки в карманы брюк.

Лера пыталась понять, в каком он настроении, но во взгляде Стаса совершенно не читалась агрессия. Он поднял голову, посмотрел на дом, в котором Лера уже много лет снимала студию, и снова повернулся к ней:

– Ты когда-нибудь найдёшь себе приличное жильё или так и будешь ютиться в этой каморке?

– Что тебе нужно?

Стас опасно улыбнулся и мягко, словно рычащий хищник, произнёс:

– Мне хотелось бы узнать, какого чёрта ты устроила весь этот цирк с аудиозаписями? Филатов выжрал мне весь мозг и лишил квартальной премии.

Лера хохотнула:

– И ты жалуешься?! Тебя ведь даже не уволили! Что за гнилая контора у вас?

Стас закатил глаза:

– Да-да. Я слышал, что очкарику повезло меньше. Не боишься теперь вечерами по улицам ходить?

– Моя совесть чиста. А теперь разреши мне пройти, – Лера захлопнула багажник и попыталась обойти Стаса, но он мягко толкнул её обратно к машине и положил руки с двух сторон от Леры на сверкавший чистотой серебристый кузов Мерседеса. – Что ты делаешь?! Хочешь вытрясти из меня потерянную квартальную премию?!

– Плевать я хотел на премию, – Стас сменил ухмылку на серьёзное выражение. Только одна бровь так и осталась предательски выше другой. – Я хочу, чтобы ты вернулась ко мне.

Лера почувствовала паническое удушье, как от удара в солнечное сплетение.

– Чтобы я что?..

– Вернись ко мне.

Её мозг отказывался верить в происходящее.

– А мы что, когда-то были вместе?

– У тебя провалы в памяти?

– Если у кого-то они и есть, то явно у тебя. Мне было сказано, что мы действовали по сценарию “просто спим”. Кто же это был? Дай-ка подумать… Ах, да. Это был Станислав Багрянцев. Знаешь такого?!

Стас напряг челюсти:

– Как тонко…

– Мы с тобой никогда не были вместе! Так что и возвращаться мне некуда, – Лера попыталась высвободиться из заточения и пихнула его руку. Но мышцы Стаса были напряжены так сильно, что её пальцы хрустнули, словно она ударила по камню. – Ой!

– Прекрати.

– Выпусти меня.

– Нет.

– Я закричу.

– Давай. Я люблю, когда ты кричишь.

Лера оскалилась:

– О! Да ты, оказывается, знаешь такое слово?!

Стас сделал глубокий вдох и заговорил так, будто он был терпеливым учителем, а Лера – своенравной непоседливой ученицей:

– Я приехал не зубоскалить. И не соревноваться в остроумии.

– Я вообще не понимаю, какого хрена ты приехал! Извини, у меня дела.

Но Стас так и не сдвинулся с места. Теряя самообладание, Лера воскликнула:

– Отпусти меня!

– Не могу.

– Уж постарайся!