Влад нажал на геометку над фото – “Хмельная Нимфа”. Открылась куча фотографий посетителей. Но он искал Яну. И нашёл. Внутри всё горело. Яна в клетчатой рубашке сидит за барной стойкой. Улыбается фотографу, но только губами. Глаза грустят. Следующее фото: Яна сидит в профиль у окна, грустит. Ещё одно: она вышла на небольшую сцену к микрофону. Грустит. Грустит. Грустит. На всех фотографиях: бледная, тонкая, печальная.

Влад отбросил телефон и откинулся на подушку. Нельзя сейчас звонить. Он хмельной ляпнет что-то не то.

Перед глазами непрошеным табором понеслись воспоминания о коротком январе: Яна, по волшебству зашедшая в бар; Яна в его рубашке на голое тело; Яна, стонавшая от наслаждения в его объятиях; Яна, рыдавшая от ужаса здесь на полу; Яна в больничной палате, умолявшая его не разрушать всё… Влад застонал:

– Чёрт… Чёрт… Чёрт!

Утром Влад проснулся с тяжёлой головой и странными ощущениями. Всю ночь ему снилась плакавшая над ним Яна с окровавленными ладонями. Влад помнил этот сон с больничных времён. Там он мучил его каждую ночь. И теперь опять. А потом он резко вспомнил вчерашнее сообщение от Анастасии. Боясь, что оно ему приснилось, Влад нашарил рукой телефон и открыл переписку. Нет. Не приснилось. Как хорошо, что он вчера ограничился коротким ответом. Но ему всё же хотелось подробностей. Немного подумав, он написал:

– Ты уверена, что она действительно скучает и будет рада нашей встрече?

Настя ответила практически мгновенно:

– Она уехала в Питер первоклассным маркетологом, а вернувшись, обратилась в безбашенную барменшу. Это явно передаётся любовно-половым путём, иначе как ещё объяснить такие резкие перемены?

– А что за татуировку она набила?

– Приезжай и сам увидишь.

– Ладно. Спасибо!

Для пущей уверенности Влад не стал пороть горячку, как часто делал это раньше. Стоя перед зеркалом в ванной и разглядывая свои зажившие швы на лице, он скорее для самоубеждения произнёс:

– Пара недель. Мне нужно собраться в кучу и что-то решить.

* * *

В этом году передача эстафеты от осени к зиме произошла крайне резко. Уже третьего декабря Яна, лежа утром в кровати, с недоверием смотрела на сильный снегопад за окном. С прошлого января снегопады были не самой любимой её погодой. Слишком уж сильны были ассоциации. Но природе разве объяснишь?

Она украдкой снова открыла страницу бара. В последние дни Влад мелькал там значительно чаще, чем обычно. Яна нажала на истории. Их висело не меньше десятка.

– Делаем ставки, друзья! Кто первым угадает сюжет моей новой татуировки, тому бутылка первоклассного шотландского виски в подарок.

Дальше Влад комментировал присланные варианты ответов. Никто не угадывал. И только в конце прозвучала догадка “портрет любимой девушки”.

– Тепло! Копайте в этом направлении!

Яна сунула телефон под подушку и ушла в ванную.

* * *

Всё утро она с дизайнером украшала паб к Новому году. Накануне ей доставили полдюжины коробок с декором, и Яна хотела к полудню управиться. Конечно же, ей приходилось часто отвлекаться на звонки, на персонал. Постоянные посетители в уже привычной манере подходили к ней поздороваться. Яне нравилась эта суматоха. Она создавала яркую иллюзию счастья.

Разделавшись с последними украшениями к шести часам вечера, Яна рухнула за один из столиков и попросила чем-нибудь её накормить. Пока на кухне ей спешно собирали сытный ужин, Яна, словно наркоман, снова полезла в соцсети. За день Владу накидали ещё пару десятков предположений.

– Та-дам! У нас есть победитель! Я уже написал ему, но вас пока ещё помучаю. Результат покажу через несколько дней. Если вам будет совсем-совсем невтерпёж, приезжайте ко мне в “Пьяный бизон”, увидите в живую! Там огонь!

– Ну и ладно.

* * *

До Нового года оставалась пара недель, и в пабе стало не так многолюдно, как обычно. Яна ожидала этот спад: все были заняты приготовлениями к празднику, подтягивали хвосты по работе, покупали подарки… Времени прохлаждаться за бокалом пива почти ни у кого не было.

Днём она сидела в зале за ноутбуком и подводила итоги работы над продвижением приложений Паши. Юля очень переживала за результаты, но за этот год она выросла в настоящего профессионала. Яна ею гордилась. А Паша три дня назад укатил в свадебное путешествие и сказал не ждать его до конца декабря.

Хотя Паша с Аней очень звали Яну на свадьбу, она отказалась. Побоялась. Да и выходить наравне с юными подружками невесты ловить букет Яна не сильно хотела.

Вечерами она продолжала сидеть в зале, но анализировала уже финансовые результаты паба. Цифры её радовали. Планы на следующий год были самые смелые, даже с учётом кредита.

Что угодно, лишь бы не ехать домой раньше полуночи. Яна чувствовала себя прекрасно среди людей, но в одиночестве не справлялась с потоком тяжёлых мыслей и всё больше склонялась к тому, чтобы наконец-то обратиться к психотерапевту. Теперь-то уже точно.

* * *