Влад потёр глаза и переносицу.

– Расскажи. Ты много знаешь обо мне. А я о тебе – только отрывки.

– Всему виной вот это, – он приподнял футболку и ткнул в орла с крысой в лапах.

– Я уже говорил, что потерял много денег, которые для меня взял в кредит мой тесть. Я был поручителем. Когда я понял, что деньги пропали, думал, с ума сойду.

– А какая была сумма?

– По тем временам она казалась мне непомерной. Пять миллионов. И моему тестю тоже. Его хватил удар, когда он узнал. Жена меня сразу возненавидела. Чтобы отдать долг, я продал всё, что имел, и этого хватило едва ли на половину. После развода я искал способы быстро и много заработать, не особо вкладываясь. Втянулся в подпольные боксёрские бои. Сначала дрался сам, потом познакомился с полезными ребятами. Стал участвовать в организации. Приводил новых парней. Почти всё тратил на кредит. Себе оставлял только на еду и съёмную комнату. Короче, за год примерно всё отдал, но бои затянули. А потом один из тех парней, с кем я тренировался в зале, повесился. Оказалось, ему предложили вложиться по-крупному. Он уговорил жену продать её бизнес. И чувака кинули. А у него двое детей, старая больная мать и ипотека…

– Какой кошмар.

– Знакомый почерк. Я выследил того своего “друга”, который и меня кинул на бабки. Оказалось, что схема рабочая, а таких, как я, с десяток минимум. Мы с парнями разнесли ночью его тачку. Потом спалили офис. И наконец, он согласился вернуть деньги. Но я был настолько в бешенстве, что не смог удержаться.

Яна всё поняла.

– Я избил его. За себя и свою уничтоженную семью. За того чувака, который повесился. Избил до полусмерти и оставил умирать посреди двора. Отвёз деньги той несчастной семье. А утром меня уже повязали. Тут придурок выжил, но остался лежачим. Не знаю, сколько он потом прожил и жив ли до сих пор. Короче, я загремел, но за меня впряглись владельцы спортклуба, где проходили бои. Бандиты из 90-х. Тоже так себе компания, но, благодаря им, меня выпустили по УДО.

Яна была так вымотана, что ничему не могла удивиться.

– После этого ты набил череп?

– Да.

– Влад, а где твои родители? Твоя семья?

– Погибли, когда мне было тринадцать. Ехали домой на автобусе, в который влетел Камаз. Растили меня дед с бабкой. Их обоих уже тоже давно нет. Короче, как ты выразилась, я сам у себя один. И решаю проблемы, как умею. Не очень изящно.

– Ясно… А кредит? Как тебе удалось получить кредит с судимостью?

– Всё те же братки помогли.

– Ты до сих пор с ними связан?

– Я после тюрьмы отпахал на них год в ночном клубе. Ничего криминального, но вышибала – не предел моих амбиций. Просто больше меня на работу никто не брал. А там я ещё и с барменами тусил, которые меня подучили, и вскоре я ушёл в свободное плавание. У тех братков теперь ещё есть банк “для своих”. Помогают таким, как я, криминальным спортсменам. Или их семьям. Мне, конечно, конский процент выставили. Но других вариантов всё равно не было.

– Влад…

– Вот такой я нихрена не лапочка.

– Это всё в прошлом.

– Пока ещё в моём настоящем. Платить несколько лет.

– Не важно. Всё наладится, – Яна положила ладонь на его щёку и нежно поцеловала.

– Но что-то постоянно всплывает. Что за следователь приходил? И почему к тебе? Почему не ко мне?

Яна вздохнула:

– Он из моего города. Я с ним уже знакома.

– Что он хотел?

– Спрашивал, был ли приезд Олега в Питер связан со мной.

– Ты снова что-то не договариваешь.

– На Олега недавно пытались завести дело о двух изнасилованиях. А так как он привёз меня примерно в то же время в больницу и оставил Мерседес, меня посчитали одной из его жертв.

– Так ты и есть его главная жертва.

– Я не стала свидетельствовать против него.

Влад уставился на неё:

– Да почему же?!

– Потому что это бесполезно! Он заплатил всем. И той, что попроще, и даже той, чей родственник сидит в правительстве. Не было суда! Он лучший друг областного прокурора.

– А тебе он заплатил машиной. Ну-ну.

– Влад.

– Что?

– Ты видел его! Он тебя чуть не убил голыми руками! А что было бы со мной?

– Он бил меня кастетом! Сзади. Он не боксёр, а жалкая крыса.

– В общем, в Питер этот Старостин приехал, как только узнал об Олеге, нашёл все записи камер, отправил мне копии и обещал, что не допустит пропажи подтверждений, что Олег умер сам, а не от твоих рук.

– Ммм… Хоть один нормальный человек во всей этой истории.

– Влад…

– Что ещё всплывёт? Через неделю? Месяц?

– Думаю, что, раз Олег мёртв, уже ничего нового не возникнет.

– А из старого? О чём ещё я узнаю?

– Влад…