– Да, это было незабываемо. Этот трофей – результат работы каждого игрока и тренера. Наш коллектив – настоящая семья, и я горжусь быть ее частью.

Но тут в разговор вмешалась Мария, кокетливо подмигнув своими длинными ресницами:

– Позволь задать тебе вопрос, Диего. Говорят, что твои отношения с некоторыми игроками оставляют желать лучшего. Как это сказывается на игре и атмосфере в команде?

Она посмотрела на меня с вызовом, и я вынужден был проглотить раздражение.

Будь спокоен, дыши...

– Атмосфера в нашей команде великолепная, мы все поддерживаем друг друга и движемся к одной цели, – ответил я, избегая взглядом Марию, но она не отступила, продолжая настойчиво атаковать своими вопросами.

– Значит ли это, что ты наладил отношения с Рамси Уолбергом?

При упоминании имени Рамси, я почувствовал, как мышцы лица напряглись. Накал в студии достиг пика. Эта стерва точно знала, чего добивается.

Сжав кулаки на бедрах, я все же начал:

– Рамси – выдающийся игрок с огромным потенциалом и работоспособностью. Что касается наших взаимоотношений, то между нами нет никаких проблем. Более того, мы постоянно учимся друг у друга, и здоровая конкуренция абсолютно естественна, поскольку прежде всего мы профессионалы с лидерскими качествами.

– О, вот как, – кивнула Мария, будто поняла что-то, чего я не замечаю, и театрально прижала руку к груди, а затем, подобно настоящей кобре, выпустила яд. – А что ты скажешь о том инциденте в Париже? Это мимолетная вспышка гнева на почве ревности или проблема с самоконтролем действительно существует, как пишут в прессе?

Вот же сука…

Пламя внутри меня разгоралось, но я старался оставаться как можно более холодным, желая поскорее закончить этот спектакль и уйти отсюда ко всем чертям.

– Вам лучше всего известно, что многие журналисты склонны искажать факты, – сухо заметил я, надеясь, что это остановит поток вопросов Марии.

Однако она лишь усмехнулась, устроившись на краю дивана, словно хищник, готовый нанести решающий удар.

– Так значит, информация о твоем прошлом и проблемах с контролем гнева тоже является выдумкой? Или ты будешь отрицать тот факт, что твоя родословная, в частности история с твоим отцом, который избивал тебя и твою мать, оказала влияние на твое психическое состояние? Ведь дети, пережившие подобное насилие, часто сталкиваются с такими проблемами, не так ли?

Какого. Хрена?!

Откуда у нее эта информация? Как она вообще об этом узнала?

Ее глаза сверкнули, губы растянулись в широкой улыбке. Она знает, что победила.

– Или, возможно, это уже не имеет значения? – Мария продолжила, не дожидаясь ответа. – С возвращением давней подруги в твою жизнь ваши отношения с отцом улучшились? Кажется, Селена пришлась по душе твоей семье, особенно твоему отцу.

Что она несет? При чем тут Селена?

Я начал задыхаться. Грудь сдавило, кожу обжигало, словно меня ошпарили кипятком. Мне не хватало воздуха. Сердце колотилось, в глазах потемнело. Мысли путались, язык отказывался подчиняться.

– Э-э, Мария, не стоит…

Алехандро пытался вмешаться, но Мария мгновенно перехватила инициативу, не давая ему закончить предложение.

– У вас все серьезно? Это она повлияла на то, что вы с отцом помирились после стольких лет ненависти друг к другу? Ты простил его, Диего? Или это просто временная маскировка для публики и прессы, чтобы заткнуть нам рот?

– Мария, достаточно.

Она повернулась к бледному Алехандро, который смотрел на меня с паникой в глазах. Ее голос стал громче, когда она обратилась к ведущему, игнорируя его попытки исправить ситуацию.

– Включите материалы, которые прислала моя ассистентка. – Ее приказ звучит как приговор, а брошенный на меня триумфальный взгляд подтвердил это. – Там есть кое-что интересное для фанатов Диего. Думаю, все будут рады за своего любимца.

Экран за ее спиной ожил, показывая фотографию, на которой Рикардо и Селена сидят за столиком в кафе, увлеченно беседуя. Мир вокруг меня начал кружиться, и я едва сдерживал желание сорваться с места, вырвав все микрофоны и камеры. Но тело словно окаменело, и я не был уверен, смогу ли вообще сдвинуться с места.

Я чувствовал, как боль пронзила грудную клетку, словно разрывая ее изнутри. Руки инстинктивно потянулись к сердцу, пытаясь облегчить невыносимое ощущение, которое грозило разорвать меня на куски. Предательство обжигало сильнее любого удара, оставляя после себя пустоту и безысходность.

Почему она с ним? Когда это случилось? И что все это означает?

– Дорогие зрители, сейчас вы видите отца Диего Карраско и его нынешнюю спутницу жизни, Селену Маккой. Эти кадры были сделаны совсем недавно в одном из кафе нашего города, и, судя по всему, отношения в семье постепенно налаживаются, несмотря на былые трудности. Диего, как ты прокомментируешь это?